Д. Димитров - Протобулгары северного и западного Черноморья (Варна, 1987)

 


Страница за прабългарите. Език, произход, история и религия в статии, книги и музика.

http://protobulgarians.com


 

Булгары, уногундуры, оногуры, утигуры, кутригуры.

Считается, что первые сведения о протобулгарах относятся уже к европейскому периоду их истории. Однако недавно Б.Симеонов выдвинул гипотезу, что этот этноним был известен китайцам задолго до того, правда, в несколько другой форме, что связано с фонетическими трудностями передачи иностранных имён и названий в китайском языке. Современные китайцы называют болгар 'ба-го' или 'бао-гуо', и Б.Симеонов пришёл к выводу, что в древности слово 'булгар' должно было звучать 'пу-ку' или 'бу-гу'. Именно такое название племени или группы племён нередко упоминается в китайских источниках в период с 103 года до н.э. по VIII в. н.э. Источники говорят о народе или племени пу-ку/бу-гу, населявшим как западные так и восточные земли Цетральной Азии, земли к северу и северо-западу от Тян-шаня, Семиречье и западное течение рек Амударья и Сырдарья.1 Интересно, что один из предводителей племени пу-ку, по имени Софу сулифа Кенан Баин, носит титул сулифа, который позже засвительствован также и у дагестанских протобулгар.

Если свидетельства об азиатском периоде протобулгар носят пока ещё характер гипотезы, то об их жизни в Европе есть, пусть краткие, но вполне надёжные источники. Большинство из этих записей были сделаны на греческом и латинском языках. Есть также сведения, немногочисленные, но весьма важные, в некоторых исторических, географических и прочих трудах восточных авторов - армянских, арабских, персидских, сирийских и т.д. Однако их использование сопровождается серьёзными трудностями, связанными с доcтаточно вольной трактовкой исторических событий и фактов, а также особенностями фонетических систем, которые порой искажают иностранные имена и названия до неузнаваемости.

Самый ранний европейский документ, имеющий отношение к протобулгарам - это так называемый Анонимный хронограф - перечень племён и народов, записанный в 354 году н.э. на латинском языке неизвестным хронистом. Среди потомков Сима он упоминает и неких 'Ziezi ex quo Vulgares'.2

Протобулгары как население земель к северу от Кавказского хребта, упоминаются армянским автором Моисеем Хоренским (Мовсес Хоренаци). В его Истории Армении, написанной в 80-ые годы V-ого века н.э., он говорит о двух миграциях протобулгар с Кавказа в Армению. Первая из них упоминается в связи с походом армянского правителя Вахаршака в земли, "которые древние называли Басен ... и которые затем заселили переселенцы vh' ndur Bulgar Vund, по имени которых эту страну переименовали в Вананд". Вторая миграция, согласно Моисею Хоренскому, имела место во времена армянского правителя Аршака, "когда беспокойства большие произошли в окрестностях великой Кавказской горы, в земле Булгар, многие из которых переселились в нашу землю в местности к югу от Кох(а)". Эти переселения датируются второй половиной IV-ого века н.э. Похоже, "беспокойства", заставившие булгар мигрировать к югу имеют отношение к экспансии гуннов в Восточно-Европейские степи. Истинность факта расселения групп протобулгар в Армении подтверждается некоторыми данными топонимики: река, протекающая по Мунганской степи в южном Азербайджане и впадающая в озеро Махмуд-чала, называется Болгару-чай (Булгарская река), один из притоков реки Аракс, протекающий близ города Карс (местность Вананд) и поныне называется Вананд-чай (река Вананд).

Протобулгары в Восточной Европе IV-V в. н.э. согласно документальным свидетельствам. Миграции протобулгар - Vh'ndur-Bulgar в конце IV в.н.э., и оногуров примерно 463 н.э.

С началом набегов гуннов, документальные свидетельства о протобулгарах временно прекращаются. Затем они вновь появляются уже в начале V-ого века, уже на северо-западных склонах Карпат. Согласно лангобардскому хронисту VIII-ого века Павлу Диакону4 булгары, проживавшие в тех местах, напали на своих соседей лангобардов, убили их короля Альгемунда и захватили его дочь. После этого у них было ещё два сраженья, первое из которых они выиграли, а второе проиграли. Судя по всему, в Центральную Европу протобулгары проникли вместе с гуннами. Достоверно известно, что двигаясь на запад, гунны увлекли вместе с собой и многие покорённые ими народы. После того, как гуннский племенной союз потерпел поражение, протобулгары, как и остатки гуннов, отступили и расселились по границам с Византией, вступив с ней в оживленные, иногда дружеские, иногда враждебные, отношения. Первое документальное свидетельство о протобулгарах на Балканах касается той помощи, которую они оказали императору Зенону в борьбе с готами Теодориха, сына Триария.5

С 486 по 488 они сражались с готами как союзники Византии6, а позже - как союзники гепидов7. В те времена протобулгары считались храбрыми и непобедимыми воинами8.

Позже, начиная с 90-ых годов V-ого века, они, самостоятельно или совместно со славянами, неоднократно вторгались на территорию Византийской империи, и были одним из главных её врагов до середины VI-ого века.

Некоторые указания на то, какую территорию занимали протобулгары в течение этих веков, имеются в сочинении готского историка Иордана Гетика9. Согласно Йордану, "за акацирами на берегу Понта проживают булгары, чьё имя прославилось ради возмездия за наши грехи". Их соседями были гунны Alcnagiri и савиры, а дальше жили хунугуры (оногуры), торговавшие собольими шкурками. Таким образом, протобулгары занимали степи к северу и к северо-западу от Черного моря.

В то же самое время, когда к северу от Черного моря, по соседству с Балканскими владениями Византии, проживала большая и мощная группа протобулгар (V-VI вв.), другая часть того же народа жила в степях к востоку оттуда, на северо-востоке Кавказа. История церкви Захарии Ритора, составленная на сирийском языке чуть позже середины VI века10 содержит надёжные сведения о протобулгарах.

Используя некие первоисточники, автор составил список народов, населявших земли к северу от Дербентского прохода (Каспийские ворота) в первой половине VI-ого века:" Страна Базгун ... простирается до Каспийских ворот и моря, которые находятся в землях гуннов. За воротами проживают Бургары (т.е. булгары), у которых есть свой язык, и которые являются народом языческим и варварским. У них имеются города. И аланы - у них пять городов. ... Авнагуры (аунагуры) - народ, живущий в палатках. Авгар, сабир, бургар, алан, куртаргар, авар, хазар, дирмар, сирургур, баграсир, кулас, абдель и эфталит - эти тринадцать народов, живущих в палатках, себе в пропитанье они добывают мясо скота, также рыбу и диких животных, и всё, что своим оружием (награбят)."

Булгары и аланы, упомянуты дважды, сперва как оседлое население, имеющее города, а потом среди кочевых народов. Захария Ритор указывает, что протобулгары, имевшие города, населяли земли, находившиеся сразу же за Каспийскими воротами, а другая их часть - степи к северу от Кавказа.

Помимо протобулгар источники говорят и о других этнических группах, которые были в большей или в меньшей степени связаны с протобулгарами, а некоторые из них позже вошли в их состав. Среди них особенно важны оногуры (уногуры). В европейских хрониках они появились в середине V-ого века. Согласно Приску в 463 году Византию посетило посольство сарагуров, урогов и оногуров, которые, будучи вытесненными натиском аваров на запад, завоевали земли акациров и просили Византию о союзе.11

Скорее всего оногуры жили к востоку от протобулгар, вдоль северного берега Черного моря. Согласно сирийской компиляции Захарии Ритора, авнагуры-аунагуры населяли степи севернее Кавказа, ведя жизнь кочевников. Однако, Феофилакт Симокатта12 сообщает нам, что у них были города - и в более раннюю эпоху они построили город Бакат. Точнее указывает место их обитания Космография Равеннского Анонима Ravennatis Anonymi13, который помещает Patria Onogoria к северу от Понта в окрестностях озера Меотида (т.е. Азовского моря).

Судя по некоторым спискам епархий конца VII-ого века или начала VIII-ого века, в VII-ом веке в готской епархии сущесвовало епископство оногурское, что свидетельствует о довольно раннем распространении христианства среди оногуров.14

Оногуры также были знакомы и некоторым восточным авторам, но это имя порой настолько у них исказилось, что его идентификация существенно затруднена, а порой и вовсе невозможна. Больше всего записей об оногурах в армянских источниках. Наиболее ранней из этих работ является труд Эгише (Елише Слово о войне армянской), написанный между 458 и 464 годами15. Эгише упоминает, что к северу от страны Чора (Дербентский проход) живут гунны Хайландур (хайландур'к). У них есть "королевский род", т.е. племенная аристократия, и среди него (неё) получило распространение христианство. Они установили связи с державой Кушанов - в 454 году юный хайландур, служивший персидскому правителю Йездегирду II (438-457) бежал к кушанам и предупредил их о предстоящем нападении персов, и тем способствовал победе кушанов. Согласно А.Д.Гадло тождество хайландуров и оногуров подтверждается фрагментом из истории Эгише, сохранённым армянским автором X-ого века Моисеем Каганкатваци (Каланкатуйским), в котором страна хайландуров называется Агуандрия (Алуандрия), т.е., страна племени Агуандур. Это название напоминает этноним ауангур-авнагур, которым в сирийских текстах именуют оногуров.

К северу от Кавказа тексты также помещают уногундуров, чьё имя очень похоже на оногуров. Большинство хронистов увязывают уногундуров с протобулгарами. Например, византийский патриарх Никифор называет правителя Великой Болгарии хана Кубрата "правителем уногундуров",16 а Феофан Исповедник и Константин Багрянородный безапелляционно утвержают, что болгары, расселившиеся на Балканах, прежде назывались уногундуры.17 18

Армянская география, написанная в VII-ом веке и приписываемая Ананию Ширакаци, также подтверждает родство болгар и уногундуров. Там сказано, что к северу от Кавказа "живут народы турк и булгарк, которые названы по имени местных рек: Купи-булгар(Kupi-bulgar), Дучи-булкар (Duchi-bulkar), Огхондор (Олхондор)-блкар (Oghondor(Olhontor)-blkar) - переселенцы и Чдар-болкар(Chdar-bolkar)".19

Название онгхондор-блкар (Onghondor-blkar) в Армянской географии является вариантом более древнего Vh'ndur-bulgar из истории Моисея Хоренского, таким образом обе работы дают армянскую форму этнонима, который по-гречески звучит уногундур или уногур. Из-за близости как звучания, так и локализации уногур и уногундур, общепринято, что это две письменные формы одного этнонима. Эту версию подтверждает и дьякон Агафий - hartophilacs Констатинопольской патриархии и составитель книги актов VI-ого Вселенского собора 680-681, который в статье (от 713 года) к актам собора называет болгар хана Тервела "уногурами-булгарами".

В Армянской Географии, однако, локализация других трех племен не столь ясна. Следуя замечанию Географии о том, что булгарские племена называются по рекам, историки пытаются выяснить, что это за реки. Почти единогласно признается, что Купи-булгар - это протобулгарское название реки Кубань, древний Куфис. Многие также считают, что Дучи-булгар, следует читать как Кучи-булгар, что указывает на древнее название Днепра - Кочо (Kocho), которое также встречается в Армянской географии. Наиболее смутным представляется местоположение реки Чдар-болкар - ее помещают и в бассейны Big Rombit (Eja) или Дона, и в восточной части Крыма и на севере Дагестана. И что примечательно, в каждом из четырёх названий рек слово "Булгар" имеет разные формы. Это является неоспоримым доказательством существования диалектных особенностей у различных протобулгарских племен, отразившихся даже на их общем этнониме.

Таким образом, источник утверждает, что в IV веке н.э. в степях, расположенных к северу от Кавказа, проживали многочисленные протобулгары, среди которых ведущую роль играло племя, называвшееся Уногундуры (vh'ndur). В эпоху нашествия гуннов часть уногундуров-булгар была вынуждена пересечь Кавказ и укрыться в Армении; другая группа переселилась на запад, на берега Азовского моря. После ухода гуннов в Центральную Европу, часть уногундуров заняла приморскую область Дагестана и стала известна Эгише под названием хайландуры. В начале второй половины V-ого века н.э. часть оногуров была вытеснена сабирами из восточного Предкавказья и расселилась по северо-восточному берегу Черного моря. Агафий (вторая половина VI-ого века) сообщает, что эти оногуры когда-то напали на колхов черноморского побережья, но были разбиты. В память об этом, место сражения и близлежащая крепость были названы Оногурис20.

Другим племенем, родственным протобулгарам, были утигуры. Их упоминает только византийский историк Прокопий Кесарийский, а также его продолжатели Агафий и Менандер, в связи с событиями середины и второй половины VI-ого века. Наиболее подробно об этом написано у Прокопия: "За Сагинами живут многочисленные гуннские племена. Страна та называется Эвлисия, и варвары населяют её морское побережье и внутренние земли вплоть до т.н. озера Меотида (Азовское море) и реки Танаис (Дон). Народ там живущий прежде звался киммерийцами, теперь его называют утигурами. К северу от них располагаются многочисленные племена Антов."21

Таким образом, утигуры занимали низовье реки Кубань. Вероятно именно их предводитель упомянут в рассказе Иоанна Малалы, Феофана и Иоанна Эфесского (John of Ephesus). В 528 н.э. (или 534, согласно Иоанну Эфесскому) этот вождь, по имени Горд (Грод) прибыл в Константинополь с большой свитой. В Византийской столице он принял крещение от самого императора Юстиниана, который наделил его богатыми дарами и отправил его обратно с заданием защищать город Боспор от соседних варваров. По своему возвращению, он, как ревностный христианин, приказал расплавить золотые и серебряные идолы, почитавшиеся его народом. Возмущенные этим поступком, жрецы, поддержанные братом Горда и войском, подняли восстание и убили своего вождя.22

Позже, ценой многочисленных подарков, византийцы сумели вновь обрести дружбу утигуров. В 551 году Юстиниан сумел направить утигуров против родственных им кутригуров, которые своей 12-тысячной армией опустошали балканские провинции империи. Воспользовавшись отсутствием основных сил врага, хан утигуров Сандилх пересек Дон и вторгся в область кутригуров, нанеся им жестокое поражение и обратив в рабство множество женщин и детей. В результате этой войны многие византийцы, бывшие в плену у кутригуров, смогли вернуться домой. В 558-559 годы между утигурами и кутригурами снова случилась война, в результате которой оба племени истощили друг друга настолько, что даже утратили, согласно Агафию, свои племенные имена. Но все же утигуры еще какое-то время сохраняли определенное влияние. Например, их войско, в составе сил тюркютов (тюркского каганата), участвовали в захвате византийского города Боспор.

Кутригуры были племенем, родственным утигурам. Об этом свидетельствует и их легендарная генеалогия, записанная Прокопием:" В старые времена многочисленные гунны, называвшихся киммерийцы, населяли земли мною уже упомянутые. У них у всех был единый правитель. Случилось так, что у одного их царя было два сына: одного звали Утигур, а другого Кутригур. После смерти отца они разделили власть между собой и дали свои имена подданым им народам, так что и поныне часть их называется утигуры, а часть - кутригуры." Эта легенда подтверждается ответом хана Сандилха на просьбу императора Юстиниана напасть на кутригуров: "Это бесчестно и недостойно, истреблять наших соплеменников (кутригуров), которые не только говорят на языке, одинаковом с нашим, и являются нашими соседями, носят такие же одежды и ведут такую же жизнь, но ещё и наши родственники, хотя и подчиняются другим предводителям." Кутригуры заселяли земли к западу от Азовского моря и реки Дон. В середине VI-ого века они возглавляли могущественный союз племен способный осуществлять серьёзный натиск на балканские провинции Византии, захватывая там огромную добычу и обращая в рабство десятки тысяч византийцев.

Кровопролитная междоусобица утигуров и кутригуров в 50-ые годы VI-ого века истощила силы и тех и других. Авары, пересекши Волгу в 558, легко покорили их. Задержавшись ненадолго в восточно-европейских степях, авары, вместе со значительной частью кутригуров были принуждены тюркютами (ту-кю) уйти в Центральную Европу, в Паннонию. О присутствии кутригуров в Центральной Европе свидетельствует сообщение Менандера о том, что в 558 году 10-тысячная армия кутригуров, следуя приказам аварского хана Баяна, вторглась в Далматию и разграбила ее.

Относительно происхождения утигуров и кутригуров существует множество различных точек зрения. Некоторые (V. Zlatarski, V. Gjuzelev, Iv. Bozhilov) полагают. что утигуры и кутригуры представляют собой соответственно восточную и западную ветви протобулгар, другие (Д.Ангелов) считают что это были два различных, хотя и близкородственных, племени протобулгар. Особенно близкие связи были у протобулгар с кутригурами, которые жили на соседних территориях. В эпоху их совместных нападений на Византию и их объединения в военно-племенной союз сперва протобулгар, а позже и кутригуров, последние постепеннно вошли в состав протобулгарской группы. Начиная с VII-ого века этноним кутригуры вытесняется этнонимом булгары, хотя в ряде случаев их ещё называют "котраги". По сути дела, утигуры и кутригуры упоминаются в течение ограниченного периода (три декады - 50-ые-70-ые годы VI- ого века н.э.) ограниченным числом авторов. И с конца VI-ого века в Европе это название заменяет термин "булгары". Например, Феофилакт Симокатта (24) рассказывая о походе 596 года византийского полководца Петра против славян, сообщает о том , что в окрестностях города Асимунт (Asimunt), находившегося в устье реки Осум (Osum), располагался тысячный отряд булгар, подчинявшихся аварскому хану. У Фредегария, в его рассказе о борьбе за власть в аварском каганате, разгоревшейся между представителями аваров и булгар в 631-632 годах, замещение этнонима кутригуры термином булгары происходит ещё более наглядно. Кроме того, этот рассказ свидетельствует о росте численности булгар. Победа аварского претендента вынудила 9 000 протобулгар покинуть Паннонию и искать убежища у баварского короля Дагоберта.

References:

[1] B.Simeonov, Iztochni izvori za istorijata i nazvanieto na Asparuhovite b'lgari, Vekove, VIII, 1979, v. 1, pp.49-54

[2] Th. Momsen. Ueber den Chronographen von Jahre 354. - Abhandlungen der phil. - hist. Classe der kais. saechsischen Geselshaft der Wissenschaften. I, Leipzig, 1850, S. 547 flg.

[3] Istorija Armenii Mojseja Horenskogo, II izd. Per. N. O. Emina, M., 1893, s.55-56.

[4] Paulus Diaconus. Historia Langobardoum. - Monumenta Germaniae historica. Scriptores rerum Langobardicum et Italicarum, saec. VI-IX, p.55-56

[5] Ioanes Antiochenus. Excerpta de insidiis. Ed. Carl de Boor. Berolini, 1905, frgm.96, p.136

[6] Magnus Felicius Ennodius. Opera. - Monumenta Germaniae historica. Auctores antiquissimi, VII, Berolini, 1885, p.205

[7]   Paulus Diaconous. Historia Romana. - Monumenta Germaniae historica. Auctores antiquissimi, II, Berolini, 1879, p. 213-214

[8] M.F.Enodius. Opera, p.205-206

[9] Jordanes, Getica. - Monumenta Germaniae historica. Auctores antiquissimi, V, 1. Berolini, 1882, p.63

[10]  N.V. Pigulevskaja, Sirijskie istochniki po istorii narodov SSSR, Moscow-Leningrad, 1941, pp.3-9

[11] Priscus. Excerpta de legationibus. Ed. S. de Boor. Berolini, 1903, p. 586

[12] Theophilactus Simocatta. Historae. Ed. C. de Boor. Lipsiae, 1887, p.259

[13] Ravennatis Anonymi, Cosmographia. Ed. M. Pinder et G. Parthey. Berolini, 1890, p.170-171

[14] G. Moravcsik. Zur Geschichte der Onoguren. - Ungarusche Jahrbuecher, X, 1930, S. 64

[15] Egishe. O Vardane i vojne armjanskoj. Per. s armjanskogo akad. I.A. Orbeli. Erevan, 1971, s. 31.

[16] Nisephorus Patriarcha. Breviarium. Ed. C. de Boor, p. 24

[17]  Theophanes Confessor. Chronographia. Ed. C. de Boor, I-II, Lispiae, 1883, p.357; Constantinus Porphyrogenitus. De thematibus et de administrando imperii. Bonnae, 1840, p.46

[18] Istorija agvan Mojseja Kagankatvaci, pisatelja X veka. Per. s armjanskogo K. Patkanjan. Sankt-Peterburg, 1861, s. 11. Compare A.V. Gadlo, Etnicheskaja istorija Severnogo Kavkaza, s.55-56

[19]  K. Patkanov. Iz novogo spiska "Geografii", pripisajvaemoj Mojseju Horenskomu. - Zhurnal Ministerstva Narodnogo Prosveshtenija, 1883, ch. CCXXVI, s.21-32

[20]  Agathiae Historiarum libri V. - Ed. L. Dindorf. HGM, 1871, p.217. 243

[21]  Procopii Caesariensis. Libri de bellis VIII. - Opera omnia. Ed. J. Haury, I-III, Lispiae, 1905-1913, p.501-502

[22]  Ioannis Malalae Chronographia. - Rec. L. Dindorf. Bonnae, 1831, p. 431;  Theophanes. Op. cit., p. 176

[23]  Menandri Fragmenta. Excerpta de legationibus. - Ed. C. de Boor. Berolini, 1903, p. 170

[24] Theophilactus Simocatta, Historiae, - Ed. C. de Boor. Lipsiae, 1887, p.251-251

[25] Fredegarius Scholasticus, Chronica. Ed. B. Krusch, Hannoverae, 1886, p.157

Сабиры, барсилы, беленджеры, хазары.

Другой этнической группой, имевшей отношение к протобулгарам были сабиры. Изначально они проживали в Западной Сибири, которая и получила свое название от них. Согласно Приску, в середине V века они завоевали земли оногуров, сарагуров и урогов, находившиеся в степях северо-западного побережья Каспия. Особенно большую активность они обрели в VI веке, когда создали мощную федерацию родственных племен, получившую название "Царство гуннов". Они были весьма многочисленны и могли собрать 20-тысячную армию хорошо вооруженных конных воинов. Они были настоящими мастерами военного дела и умели делать такие осадные машины, которые не были известны даже персам и византийцам.

Сабиры очень рано вступили в контакт с хазарами, и поэтому многие восточные авторы их путают. После поражения их (сабиров) основных сил от аваров, хазары возглавили сабиро-хазарскую федерацию. Неизвестно почему и когда именно часть сабиров была вынуждена переселится на север, в область среднего течения Волги, уже заселенную протобулгарскими племенами. Их (сабиров) главный город Сувар позже стал одним из крупнейших центров Волжской Болгарии.

Еще одним племенем, имевшим близкие контакты с протобулгарами были барсилы. Они упоминаются только в документах второй половины VI века в связи с пересечением Восточно-Европейских степей аварами (псевдо-аварами). Согласно Феофилакту Симокатте,26 когда авары появились в их землях "барсилты (т.е. барсилы), уногуры и сабиры были поражены ужасом ... и почтили пришельцев бриллиантовыми дарами." Этноним баграсик, включенный в список степных народов, живущих к северу от Дербента в сирийском сборнике Захарии Ритора, скорее всего также относится к барсилам. Более точные сведения о барсилах содержатся в так называемом Новом Списке Армянской Географии VII-ого века. Там рассказывается, что в дельте Волги "есть остров, где народ басли (т.е. барсилы) укрывается от бушки (булхи - булгар) и хазар... Остров носит название Черный из-за множества басли, живущих там вместе со своим скотом." Под "островом" скорее всего имеется в виду участок земли между рекой Восточный Маныч и современным устьем Волги. Эта область с давних пор называется "черные земли"и поныне используется населением Северного Кавказа под зимние пастбища. Очень важным замечанием армянского географа является упоминание о многочисленных стадах скота, что указывает на то, что барсилы были типичными кочевниками.

М.И.Артамонов27 помещает Берсилию на севере современного Дагестана, но эта точка зрения не подтверждается доступными сведениями. Археологический материал этого региона указывает на наличие оседлого населения, имевшего постоянные поселения и построившего впечатляющие крепости. В то же время Армянская География описывает барсилов как кочевой народ даже в VII-ом веке. Они появились в источниках столь поздно из-за удаленности места их обитания от культурных центров. Также, Феофан рассказывает нам, что "многочисленный народ хазар вышел из глубинных областей Берсилии в Сарматии Прима (Sarmatia Prima). Доподлинно известно, что нижнее течение Волги было восточной границей Азиатской Сарматии. Поэтому Берсилия находилась скорее всего вблизи устья Волги. На этот же регион указывает и другой источник, рассказывающий о пришествии хазар - патриарх Никифор. Он пишет, что "племя хазар жило рядом с сарматами". Покинув свои земли, барсилы поселились на Средней Волге и смешались с волжскими булгарами. Ибн-Русте (начало X-ого века)28 говорит, что они представляют собой одну из трех ветвей волжских булгар: "первая ветвь называется - Берсула, вторая - Эсегель, а третья - Булгар." На причину, заставившую барсилов бежать к волжским булгарам, безоговорочно указывает хазарский каган Иосиф, описывая свое владение (главную область), в письме еврейскому сановнику Хасдаю ибн Шафруту. Это владение также включало территорию, которая скорее всего раньше была страной барсилов. Этот факт показывает, что экспансия хазар согнала с родных земель их соседей.

Основные группы прото-булгар в Восточной Европе в VI-VII вв. н.э. Предполагаемая граница Древней Великой Болгарии выделена пунктирной линией.

Еще одна важная проблема истории раннего средневековья Северного Дагестана - это народ, страна и город именуемые в арабских источниках Беленджер или Баланджар. Впервые этот этноним встречается у арабского историка ат-Табари в связи с событиями 60-ых годов VI-ого века29. Сначала он сообщает, что Армения, находившаяся в зависимости от Ирана, подверглась нашествию 4 народов - абхаз, б-ндж-р (банджар), б-л-ндж-р (баанджар) и алан. Позже, между 566 и 571, каган тюрок (тюркютов) Синджибу (джабгу-каган Истеми) победил народы б-ндж-р, б-л-ндж-р и хазар, и те согласились служить ему. А.В.Гадло30 пришел к выводу, что название "банджар" относится к огурам, а "баланджар" - это персидско-арабская форма этнонима оногур = утигур.

Помимо информации о народе баланджар-беленджер ат-Табари также сообщает, что "за Дербентом находится целое царство со многими городами, именуемое Беленджер".31 Согласно этому же автору, арабский полководец Абдурахман ибн Раби'а "углубился на 200 миль в ту страну (Беленджер), обратил многие города к закону Мухаммеда и вернулся в Дербент". Очевидно, страна эта занимала обширную территорию.

Особенно много споров вызывает месторасположение самого города с этим названием (Беленджер). Более поздние источники говорят о том, что во время кампании 652-653 годов арабский полководец Абдурахман Абду-ар-Раби'а добрался до города Беленджер, располагавшего значительным гарнизоном и имевшего сторожевую башню. В 721-722, во время другого значительного военного похода арабов, полководец Джаррах "достиг хазарского города Беленджер. Жители связали воедино более 3000 повозок и выставили их вокруг города". Беленджер был взят после того, как несколько арабских смельчаков сумели перерезать веревки соединявшие повозки и линия обороны была разорвана. Нападавшие захватили в городе огромную добычу. После взятия арабами город Беленджер больше не упоминается в источниках.

В рассказе Табари Беленджер предстает скорее похожим на военный лагерь, чем на настоящий город. Арабы Джарраха захватили многих жителей Беленджера, в том числе и семью правителя города, который назывался сахиб (михтар). Он подчинялся хазарам, но обладал определенной самостоятельностью: Джаррах подкупил его, и он перешел на сторону арабов. Другие источники содержат некоторые указания на этническую принадлежность правителя и населения Беленджера. Например в турецкой копии истории Табари, котороую использовал Касем Бег (Kasem Beg), название города звучит Булхар-Балх (Bulkhar- Balkh), что также можно прочесть как Булкар-Балк.33 Это привело Касем Бега к мысли, что города с названием Беленджер вообще не было, а слово это плод небрежности и непонимания переписчиков, переделавших таким образом истинное название города - Булкар-Балк34. В таком виде название города сохранилось и в Дербенд-намэ - истории города Дербента, составленной по старинным документам и местным устным рассказам35.

В описании (по рукописи Ахмед-бен-Азами) похода 652-653 арабского полководца Салмана (*все тот же ибн Рабиа) упоминается что: "Покинув Дербенд, Салман достиг хазарского города Бургур... Продолжив свой путь он в конце концов прибыл в Билкар, который не был владением хазар, и стал лагерем возле того города, на прекрасных лугах, которые пересекала большая река".36

Этот рассказ заставил некоторых историков отнести этот город к протобулгарам. Арабский миссионер ибн-Фадлан также подтверждает эту связь, когда упоминает о том, что во время путешествия в Волжскую Болгарию в 922 году ему довелось видеть группу в 5000 баранджаров (баланджаров), которые много лет назад переселились на Волгу к булгарам.37

Ибн аль-Насира пишет, что после взятия Беленджера-Булкара Салман подошел к другому городу, который он назвал Вабандар, и котором было 40 000 домов (семей?). М.И.Артамонов связывает название этого города с этнонимом болгарского племени уногундуров, которое у хазар (в письме кагана Иосифа) передается как в-н-нт-р, у арабов - венендер или нендер, а у византийцев - уногундур-оногур. Объясняя эти документальные свидетельства, Артамонов приходит к выводу, что север Дагестана в раннем средневековье населяли протобулгарские племена, и что упомянутое у нескольких авторов Царство гуннов правильней было бы называть Царством булгар.38 Он считает протобулгарским и "великолепный город Варачан", главный центр гуннов, помещаемый Моисеем Каганкатваци (см.главы 39-42) к северу от Дербента.39

Благодаря албанскому миссионеру епископу Израелю, посетившему Царство гуннов с миссией в 682 году, нам известны некоторые подробности о Варачане. Согласно его описанию, сохраненному Моисеем Каганкатваци (X в.) в его работе, Варачан по своей архитектуре не был похож на типичную крепость кочевников того времени. Там имелась центральная площадь, предназначенная для важных собраний, были там также и улицы, на пересечениях которых были подвергнуты казням некоторые языческие жрецы. Был там и "царский двор". Особенно интересна информация о религиозных воззрениях жителей Варачана. Неподалеку от города располагались деревянные здания, в которых жили маги, отправлявшие службу в языческих святилищах. Население приносило им богатые дары. Особенно почитаемы были священные деревья - гигантские дубы. Этим дубам приносили в жертву коней, кровью которых поливали их корни, на ветвях же развешивали лошадиные головы и шкуры. Принесению жертв сопутствовали конные скачки и состязания борцов, происходившие под бой барабанов и цимбал. На людях при этом были золотые и серебряные амулеты, изображавшие драконов. Помимо жрецов у местных жителей было также немало шаманов - предсказателей и врачей, лечивших болезни и раны с помощью колдовства. В особом почете был бог грома Куара. Тангрикан, которого персы называли Аспандиат, был их главным божеством, помогавшем в нужде и лечившим болезни. Ему приносили в жертву животных, в основном лошадей. В культе Тангрикана-Аспандиата имеются как типично тюркские, так и персидские черты.

Помимо городов, в рассказе о миссии епископа Израеля упоминаются и "многочисленные царские станы", это уже типичные поселения кочевников. По приказу правителя "гуннов" Алп-Илитвера, церкви строились как в городах так и в деревнях.

Прямое отношение к истории Восточного Предкавказья этих веков имеет более поздняя (XII век), но основанная на ранних источниках, хроника яковитского патриарха Антиохии Михаила Сирийского.40 Особенно важное значение имеет отрывок о трех братьях "скифах", вышедших от горы Имаон (Тянь-Шань) в Азии и дошедших до Танаиса (Дона). Там один из братьев, взяв с собой 10 000 человек, отделился от братьев и с разрешения императора Маврикия (Maurice) (582-602) поселился в Верхней и Нижней Мизии (Moesia) и Дакии (Dacia). "Другие два брата пришли в страну аланов, называемую Барсалия (Берсилия) и города которой были построены ромеями, например Каспий, именуемый ворота Тораяна (т.е. Дербент). Булгары и пугуры (пугураи), населявшие эти места, в старые времена были христианами. И когда иноземцы начали править этой страной, они стали называться хазарами по имени старшего из братьев, которого звали Хазариг (Казариг). И народ тот усилился и распространился". Рассказ включает в себя факты, имеющие отношения к событиям разных эпох, но все они объединяются вокруг рассказа о росте политического могущества хазар во второй половине VII века. Самым ранним событием, описанным в хронике, является появление на равнинах между Каспийским морем и Доном трех братьев. Булгариос занял земли по Дону, а Казариг и брат, чье имя не называется - страну аланов, Барзалию. Также упоминается, что в удаленных южных областях Барзалии имелись города дохазарской эпохи. В хронике называется только один из них - Каспий. Большинство ученых идентифицирует его как Дербент, который имел также название Каспийские ворота. Этот город, построенный персами при содействи византийцев как твердыня для защиты от северных степных народов, был хорошо известен в Византии. Именно поэтому его имя и появляется в хронике. О других городах у автора были более смутные представления, однако он пишет, что их населяли булгары и пугуры. Трудно понять, какая этническая группа скрывается за этнонимом пугуры. Возможно, ключом к решению этой проблемы является упомянутая выше гипотеза Б.Симеонова, согласно которой в китайских источниках этноним булгары записывался в форме пу-ку/бу-гу.41

Правителя значительной части племени пу-гу звали Софу сулифа Кенан Баин42. Подобный титул - салифан (сулифан) - носил также и правитель города Семендер, который, согласно аль-Масуди, был в X-ом веке главным городом царства Джидан (Dzhidzhan) (Царства гуннов), вассального хазарам.43

Следующим в этой хронике историческим событием является отделение Булгариоса от его "братьев". Здесь важно отметить упоминание о том, что по пути на Балканы Булгариосу пришлось пересечь реку Танаис (Дон). Третьим историческим событием является усиление хазар, приведшее к уходу Булгариоса, а также к установлению чужого (хазарского) правления над древними обитателями описываемой страны. Только тогда "они (булгары и пугуры) получили название хазары по имени старшего из братьев". В тексте однозначно указывается на то, что основным населением Восточного Предкавказья, особенно местных городов, были булгары и пугуры. Хазарами они стали только после установления политической власти хазар над регионом.

Поскольку история протобулгар тесно переплетается с хазарской, то стоит добавить немного фактов о прошлом хазар.

На Северном Кавказе они появляются не раньше VI-ого века44. Первые более менее надежные сведения о них есть у Табари, который писал о том, что между 566 и 571 годами правитель тюркютов Синджибу (джабгу-каган Истеми) подчинил себе народы банджар, баланджар (беленджер) и казар. К этому же времени относится и упоминание в Церковной истории Захарии Ритора хазар, как кочевого народа, живущего к северу от Дербента. Очевидно, что влияние их возросло после завоевания тюрками (тюркютами) Северного Кавказа, и судя по этому хазары стали ближайшими помощниками и союзниками тюрок. Тесные связи тюрок и хазар подтверждаются тем фактом, что после падения Тюркского каганата древний тюркский (ханский) род Ашина возглавил вновь образованное госудаство хазар.

Итак, доступные нам документальные источники приводят свидетельства о социальном и экономическом устройстве, а также о некоторых особенностях духовной жизни различных протобулгарских групп и племен. Они ясно показывают, что вплоть до VII века н.э., когда уногундуры-булгары ведомые Аспарухом, были вынуждены из-за хазарской экспансии покинуть Восточную Европу и поселиться в долине Дуная, большинство протобулгарских племен были кочевниками, обладавшими в основном движимым имуществом, "жившими в палатках, питавшимися мясом домашних животных, рыбой и дичью, и всем, что своим оружием смогут добыть".45

Среди них началось социальное расслоение - помимо обычных скотоводов появилась и племенная аристократия, потреблявшая предметы роскоши, присваивавшая себе рабов и прочую добычу военных походов. Социальное и политическое развитие протобулгарского общества, а также внешние факторы, привели к возникновению военно-племенных союзов, наиболее значительным из которых стал военно-племенной союз хана Кубрата - Великая Булгария.

Однако развитие различных протобулгарских групп шло разными темпами. Протобулгары, мигрировавшие в прикаспийские равнины Дагестана начали переход к оседлому быту с давних времен. Уже в первой половине VI-ого века у них были постоянные поселения, некоторые из которых источники называют "городами". В заметках о миссии епископа Израеля (682 год н.э.) есть упоминание о "прекрасном городе Варачан" - где были улицы и площади, где работали "умелые плотники", сумевшие соорудить огромный крест и украсить его изображениями животных; золотых дел мастера умели изготавливать идолов из золота и серебра.

Миссия епископа Израеля показывает, что не позднее второй половины VII-ого века среди дагестанских булгар активно проповедовалось христианство. По настоянию Израеля "Христианские церкви воздвигнуты были в Царстве гуннов". Ссылаясь на данные о миссиях среди "гуннов" священников Кардоста и Макара, Пигулевская предполагает, что деятельность христианских миссионеров в Северном Дагестане началась уже в первой половине VI-ого века.46

Помимо новой религии миссионеры принесли местному населению технологию массивной кирпичной кладки (techniques of massive brick building) и навыки растениеводства. Артамонов склонен думать, что деятельность Кардоста и Макара скорее относится к Западному Предкавказью - землям (правителя) Горда. Кто из них ближе к истине в данном случае не столь важно, главное и на востоке и на западе протобулгарские племенные сообщества были достаточно развиты, чтобы воспринять не только христианство, но и другие элементы культуры соседних Византии, Персии и Армении.

References

[26]  Theophilactus. Op. cit., p.258

[27] M.I. Artamonov, Istorija khazar, Leningrad, 1962, s. 229

[28]D.A.Hvol'son. Izvestija o sarmatah, burtasah, bolgarah, mad'jarah, slavjanah I russkih Abu-Ali-Ahmeda ben Omara ibn Dasta. Cpb, 1869, s.22

[29] At-Tabari, Istorija prorokov i carej. - Cit. po A.E.Schmidt. Materialy po istorii Srednej Azii I Irana. - Uchen. zap. Instituta vostokovedenija. XIV, 1958

[30] A.V. Gadlo, Etnicheskaja istorija Severnogo Kavkaza, s.124

[31] Dorn. Izvestija o khazarah vostochnogo istorika Tabari, s otryvkami iz Gafis-Abru, Ibn-Aazem El'-Kufi I dr. Per. P. Tjazhelova. - Zhurnal Ministerstva Narodnogo Prosveshtenija, 1884, Chast' XLIII, otd. II, No 7 i 8, s.13

[32] B.N. Zahoder, Kaspijskij svod svedenij, I, s.176

[33] M. I. Artamonov, Op.cit., p.120.

[34]  Mirza A. Kasem-Beg. Derbend-Nameh. Translated from a select turkish versions with the Texts and with the Notes. - Memoires de l'Academie imperiale des Sciences. t. VI. St. Petersbourg, 1861, p.161-162.

[35] Tarihi Derbend-Name (s 9-ju prilozhenijami). Perevod s jazykov tjurskogo, arabskogo, persidskogo i francuzkogo. Pod red. M. Alihanova-Avarskogo. Tiglis, 1898, s. 7-22.

[36] Tarihi Derbend-Name,  s. 131-132.

[37] A. P. Kovalevskij, Kniga Ahmeda ibn-Fadlana o ego puteshestvii na Volgu v 921-922
gg. Har'kov, 1956, s. 138.

[38] M. I. Artamonov, Op.cit., p.184

[39] Istorija agvan ..., s. 190-191. The Armenian geography from the 7-th century also puts Varachan/Varadzhan north of Derbend. However, its exact location is unknown at present. According to S.T.Eremjan. Moisej Kalantukijskij o posol'stve albanskogo knjaza Varaz-Trdata k hazarskomu hakanu Alp-Ilitveru. - Zap. I-ta vostokovedenija SSSR, VII, M., 1939, s.134, Varachan corresponds to the modern town of Bujnaks.

[40] V. Zlatarski, Izvestieto na Mihail Sirijski za preselenieto na bylgarite. - V: Izbrani proizvedenija, I., S., 1972, s.52

[41] B. Simeonov,  Proizhod, struktura i znachenie na imeto bylgari, s.71-73; Istochni izvori za istorijata i imeto na Asparuhovite bylgari, s.54

[42] B. Simeonov, Iztochni izvori..., s.55

[43] M.I. Artomonov. Istorija Khazar, s.229 and 339 and the references therein.

[44] M.I Artamonov, op.cit. s.116. s.128

[45] N.V. Pigulevskaja. Sirijskie istochniki..., s.83-85, 165.

[46] M.N. Pigulevskaja, Sirijskia istochniki..., s.85-86

Ямные захоронения, искусственная деформация черепа, Сарматы, Северная Бактрия

Основная трудность в использовании археологических материалов при изучении истории протобулгар проистекает из того факта, что вплоть до начала VIII-ого века большинство из этих племен жили как кочевники, не имея ни постоянных поселений, ни кладбищ, поэтому находок с ними связанных не так много. Более того, нередко они пользовались как заимствованными, так и попросту захваченными у более развитых оседлых соседей предметами материальной культуры, что весьма затрудняет определение принадлежности находок.

Тем не менее есть определенные черты, которые характерны для протобулгар даже самой ранней эпохи. Во-первых, от соседей их отличают похоронные обряды, и как показывают результаты раскопок, они утвердились задолго до перехода к оседлости. Типичные черты имеют также жилища и керамика протобулгар. И наконец, несмотря на порой довольно активную метисацию с другими народами, протобулгары сохранили определенные физические параметры (черты внешности) , которые помогают определять археологический материал, принадлежащий им.

Самым распространенным способом захоронения у протобулгар было предание земле. В прочем, часть племен, скорее не собственно протобулгар, а сопутсвовавших им по дороге на Балканы, практиковали кремацию. Протобулгарские некрополи, исследованные на сегодня на территории бывшего СССР, преимущественно представляют собой захоронения в земле. Тела умерших располагаются в неглубоких прямоугольных ямах в вытянутом положении, как правило лежа на спине. В советской литературе этот тип захоронений принято называть "ямным"1. Для этих захоронений весьма характерна скудость сопутствующих предметов: один глиняный горшок, реже два, и немного мяса. Жертвенные животные - собаки, лошади - скорее исключения. В ранних работах о ямных захоронениях их бедность объяснялась низким социальным статусом погребенных. Однако последующие раскопки показали, что во многих некрополях так выглядят все захоронения, также они позволили строго очертить территории, где эти некрополи расположены. Таким образом, подобные ямные захоронения являются этнографической характеристикой населения этих территорий и отражают его религиозные воззрения и представления о "мире ином", где пребывают души мертвых, и где, согласно этим представлениям, они, судя по всему, обретают все необходимое для жизни. Иногда встречаются примитивные саркофаги, сложенные из камней или толстых досок или покровы из досок или камней. Изредка встречаются ниши, вырытые по одной из сторон могилы, в таком случае умерший помещается в такой нише. Важно отметить, что все могилы строго ориентированы: либо на запад (голова умершего обращена на запад), либо на север. Классическим примером похоронных ритуалов протобулгар является некрополь Зливка (Zlivka) близ деревни Ильичевки в Донецкой области.2

Все захороненные относятся к единому антропологическому типу - брахиокранные (короткая голова) европеоиды с небольшой примесью монголоидности. Для дунайских протобулгар характерна также искусственная деформация черепа, в некоторых некрополях ее распространение доходит до 80%.

Оставаясь кочевниками, протобулгары жили в переносных кожаных палатках - "юртах". Даже когда у них начался переход к оседлости и появились постоянные жилища из глины и дерева, все равно по внешней форме и внутренней планировке это были те же самые юрты. Позже, под влиянием соседних народов, овальные юрты вытеснили более комфортабельные квадратные жилища, как правило полуземлянки, но характерное место для открытого огня по центру жилища сохранялось еще очень долго. Сильное иностранное влияние заметно также по керамическим изделиям. Для протобулгар были характерны глиняные котлы с внутренними выступами, которые не встречаются у соседних народов и потому могут использоваться для определения этнической принадлежности соответствующего археологического материала.3

Используя эти особенности, установленные на основе археологического материала VIII-IX вв.н.э., несомненно представлявшие более ранние верования и обычаи (особенно что касается погребальных обрядов), можно попытаться проследить и выявить более ранние события. Сконцентрируем наше внимание на регионе, включающем Восточное Предкавказье и Нижнюю Волгу. Прежде всего потому, что именно там помещают протобулгар первые документальные свидетельства. Большинство исследований называют влияние сарматов, населявших области к северу от Каспийского моря и по Нижней Волге, основным фактором, оказавшим влияние на материальную культуру протобулгар.4 Некоторые историки (А.П.Смирнов, В.Т.Сиротенко, А.Бурмов) даже заявляют о сарматском происхождении протобулгар.5 Также следует принять во внимание, что тесное соседство протобулгар, в их поздний Восточно-Европейский период, с аланами, еще одной ираноязычной группой, привело к возникновению в VIII-IX вв. Салтово-Маяцкой культуры.

Согласно советской археологической литературе, существовало три стадии развития культуры сарматов - а) раннесарматская (IV-II вв. до н.э.) б) среднесарматская (I в. до н.э. - I в. н.э.) и в) позднесарматская (II-IV вв. н.э.). Протобулгары появились в этом регионе в позднесарматский период. В это же время произошли серьезные изменения в материальной культуре сарматов Нижней Волги. Особенно сильные изменения претерпели погребальные обряды и структура захоронений. Захоронения унифицировались и стали представлять собой преимущественно узкие ямные могилы с нишами по одной из длинных сторон, реже встечаются катакомбные захоронения. Изменилась также (на северную) ориентация могил. Широкое распространение получила практика искусственной деформации черепа, в некоторых местах таких черепов больше половины от общего числа. Судя по ряду некрополей, например Калиновке, обычай окропления дна могилы мелом - одна из главных черт раннесарматских захоронений - прекратился.6 В то же время, интенсифицировались контакты сарматов с Центральной Азией. Многие археологические находки имеют установленное центрально-азиатское происхождение - оружие, предметы роскоши, керамика, особенно красноглиняные глянцевые изделия, подобные кушанским. Важно отметить, что эти, вновь усвоенные сарматами, похоронные обряды были характерны для Центральной Азии с конца первого тысячелетия до н.э. Могилы с нишами и примеры искусственных черепных деформаций засвидетельствованы в ряде некрополей Центральной Азии - близ Тянь-Шаня и Pamir-Altaj7 , в Таласской долине и в Хорезме. Таким образом изменения в культуре сарматов указывают на проникновение и расселение в их областях центрально-азиатских народов.

Несмотря на столь резкие изменения, К.Ф.Смирнов продолжает считать, что Alano-Aoric племена Нижней Волги сохранили свою этническую чистоту, однако Л.Г.Нечаева в своей работе8 о катакомбных и ямных с нишами захоронениях, выдвигает весьма обоснованные аргументы о принципиальных рзаличиях этих двух типов захоронений. К аланам можно отнести только катакомбы, захоронения же с нишами следует связать с проникновением новых племенных групп. Изучив в нижнем течении реки Кубань (станица Ново-Лабинская) несколько могил, подобных нижне-волжским, с ориентацией на север, она пришла к выводу, что эти захоронения подтверждают раннее проникновение какого-то из племен гуннского племенного союза, которое после упадка (азиатских) хуннов расселилось по Кубани, что привело к формированию кубанских протобулгар. В.П.Шилов присоединяется к той точке зрения, что в поздесарматскую эпоху (II-IV вв. н.э.) группы центрально-азиатских племен проникли в нижнее течение Волги, принесся с собой особую погребальную практику.9 Это подтверждается антропологическими исследованиями В.В.Гинзбурга на Нижней Волге - в позднесарматскую эпоху произошло существенное изменение расового типа, свидетельствующее о проникновении туда народа, чей антропологический тип характерен для междуречья Амударьи и Сырдарьи - брахиокрания, широкое распространение искусственной деформации черепа, в некоторых случаях - слабо выраженная монголоидность.10

Все это было найдено в классическом протобулгарском некрополе Зливка. Также очень важны и материалы раскопок нескольких некрополей в Бишкекской долине (Южный Таджикистан), в бассейне реки Кафир-ниган (правый приток Амударьи). Большинство могил имеют поразительное сходство с захоронениями на Нижней Волге11. Вдоль одной из длинных сторон могилы вырыта ниша, вход в которую тщательно заложен крупными камнями. Иногда камнями заложен не только вход в нишу, но и вся могила целиком. И во всех случаях слой камней над могилой образует некий особый покров. Этот двойной "заслон" против мертвых видимо нужен, чтобы не выпустить душу покойника из могилы, иначе о может причинить вред живым, такое представление о необходимости "обезвредить" душу мертвого было широко распространено особенно у тюркских народов. Реже встречается другой тип могил - четырехугольная яма без ниши со слоем камней сверху, иногда с примитивным саркофагом. Иногда вдоль длиных сторон ямы есть расширения, ступеньки, что характерно также для волжских булгар.12

Рисунок ямной могилы с нишей и Бишкекской долины, Таджикистан.

Другое важное для изучения данной проблемы место - некрополь Бабашова, расположенный на правом берегу Амударьи неподалеку от Бишкекской долины. Все могилы там ориентированы на север и, как правило, индивидуальны. Сопутствующих предметов немного - один-два глинянных горшка и немного мяса (почти исключительно баранина). Около 50% черепов подверглись искусственной деформации. Захороненные там люди - мезобранхиокранные европеоиды со слегка монголоидными чертами.13 Эти некрополи Центральной Азии (Северной Бактрии) имеют много общего с некрополями Нижней Волги. Стоит отметить еще одно важное обстоятеьство: при раскопках староболгарского некрополя No 1 близ Девни (Болгария) была найдена могила (No 91), сходство которой с захоронениями в бассейне Амударьи просто поразительно.

Рисунок ямной могилы с нишей No 91 из Девни - некрополь No1, Болгария. (верхний слой камней был убран и на рисунке отсутствует.) 

Эта могила была покрыта сверху слоем камней, для тела покойника в западной стороне могилы вырыта ниша, могила ориентирована на север. Череп подвергся искусственной деформации, ниша плотно закрыта большими камнями, рядом лежат кости овец14.  

Некрополи Северной Бактрии довольно успешно поддаются датировке. В Бишкекской долине они существовали с конца II в. до н.э. вплоть до начала I в. н.э., некрополь Бабашова (Babashnov) - с I в. до н.э. до ll III в. н.э.15

 

Карта региона от Амударьи до Кавказа.

Их относят к неидентифицированным кочевникам, которые напали на греко-бактрийское царство в конце II в. до н.э. и положили конец его существованию. Согласно Мандельштаму, они пришли из северных и северо-восточных областей Центральной Азии. Эти некрополи перестали действовать в II-III в. н.э., как раз тогда же, когда происходили глубокие изменения в материальной культуре и погребальных обрядах сарматов Нижней Волги. Это подводит нас к выводу, что всеобщее волнение кочевых народов, случившееся вслед за падением империи Ху-Ну (Hu-Nu) - восточные хунны, население, создавшее эти некрополи, переместилось на запад и расселилось в землях к северу от Каспийского моря. Там эти люди вступили в тесные взаимоотношения с местным сарматским населением. Если согласится с истинностью выше указанной этнической идентификацией народа bu-gu/pu-ku, который по данным китайских документов населял в то время (первые века н.э.) бассейн Амударьи16, то мы можем отнести к юго-восточным предкам протобулгар по крайней мере часть археологических материалов Нижней Волги позднесарматского периода. Подвергшись интенсивному процессу сарматизации, они стали в конце концов носителями сарматской в основе своей культуры, но с некоторыми центрально-азиатскими, преимущественно кушанскими, элементами.17

Данные антропологии могут быть интерпретированы как указывающие на процесс ассимиляции между местным и пришлым населением. Похоже в первой половине IV в. н.э. сильно сарматизированный тюркский народ переселился в степи восточного Предкавказья, где он стал известен под именем уногундуры / уногуры-булгары или просто булгары. Вполне возможно, что Hajlandurs (hajlandurkh), которые согласно Эгише (Egishe) заняли земли Восточного Дагестана, были частью тех же уногундуров. Сообщение армянского историка (Эгише (Egishe)) об активных контактах хайландуров (Hajlandurs) с кушанами тоже показательно в этом смысле.

References:

[1]. S.A. Pletnjova, Ot kochevij k gorodam, Saltovo-Majackaja kul’tura. - Materialy i issledovanija po arheologii SSSR, 142, 1967, s. 91-100.

[2] S.A. Pletnjova, Op.cit., s.92.

[3] I.I. Ljapushkin, Pamjatniki saltovo-majackoj kul’tury v bassejne r.Dona, - Materialy i issledovanija po arheologii SSSR, 62, 1958, s. 146-147.

[4] Pamjatniki Nizhnego Povolzh’ja. Tom I. - Materialy i issledovanija po arheologii SSSR, 60, 1959; K.Smirnov. Sarmatskie plemena Severnogo Prikaspija. - Kratkie soobshtenija Instituta istorii material’noj kul’tury, XXXIV, 1950, s.97, 114.

[5] A.P. Smirnov, Volzhkie bulgary - Trudy GIM, vyp. XIX, M., 1951;
V.T. Sirotenko,. Osnovnye teorii proishozhdenija drevnih bulgar i pis’mennye istochniki IV-VII vv. - Uchjenye zapiski PGU im. Gor’kogo, XX, vyp.4 - istoricheskie nauki. Perm’, 1961, s 41;
Al.Burmov. K’m v’prosa za proizhoda na prab’lgarite, s.42-44. - V: Izbrani s’chinenija, I. S., 1968.

[6] V.P. Shilov, Kalinovskij kurgannyj mogil’nik. - Materialy i issledovanija po arheologii SSSR, 60, 1959, s.494. For more information on that feature of the Sarmatian burials, preserved later in the Alanian catacombs, please refer to K.F.Smirnov, Sarmatskie plemena ..., s. 102.

[7] K.F.Smirnov, Op.cit., s.113; V.P.Shilov, Op.cit., s.494.

[8] L.G. Nechaeva. Ob etnicheskoj prinadlezhnosti podbojnyh i katakombnyh pogrebenij sarmatskogo vremeni v Nizhnem Povilzh’e i na Severnom Kavkaze. - V: Issledovanija po arheologii SSSR. Sbornik v chest’ M.I. Artamonova. L., 1961, s.152-156.

[9] V.P. Shilov, Op. cit., s.494.

[10] V.V. Ginsburg. Etnogeneticheskie svjazi drevnego naselenija Stalinagradskogo Zavolzh’ja (Po antropologicheskim materialam Kalinovskogo mogil’nika.) - Materialy i issledovanija po arheologii SSSR, 60. 1959, s.572.

[11] A.M. Mandel’shtam. Kochevniki na puti v Indiju. -  Materialy i issledovanija po arheologii SSSR, 136, 1966; Pamjatniki kochevnikov kushanskogo vremeni v Severnoj baktrii. - Trudy Tadzhikskoj arheologicheskoj ekspedicii IA AN SSSR I Instituta arheologii AN Tadzh.SSR, t. VII, L., 1975;
B.A. Litvinskoj, A.V. Sedov. Kul’ty i ritualy kushanskoj Baktrii (Pogrebal’nij obrjad). M., 1984.

[12] F. Gening and A.H. Halikov. Rannie bolgary na Volge (Bol’shetarhanskij mogil’nik), M., 1964

[13] T.P. Kijatkina, Kraniologicheskie materialy iz kurgannyh mogil’nikov Severnoj Baktrii. - Trudy Tadzh. arheol. eksp., VII, s.211.

[14] D. Il. Dimitrov. Novootkrit rannobylgarski nekropol pri Devnja. - Izvestija na narodnija muzej- Varna, VII (XXII), 1971, s.61, obr.5.

[15] A.M. Mandel’shtam, Pamjatniki kushanskogo vremeni v Severnoj Baktrii, s.130.

[16] B. Simeonov, Iztochni izvori za istorijata i imeto na Asparuhovite b’lgari, s.54.

[17] K.F. Smirnov, Op. cit., s.110, 113.

Гунны, аланы, протобулгары, Дагестан, Беленджер.

Вторжение гуннов в Восточную Европу в IV в.н.э. (которое Моисей Хоренский назвал "большие беспокойства") привело к серьезным последствиям для населения к северу и северо-востоку от Каспийского моря. Археологические исследования показали, что большинство памятников позднесарматской культуры были разрушены и замещены другой культурой18. Наиболее сильному влиянию подверглись аланы - одно из крупнейших сарматских племен, для которых были характерены катакомбные захоронения. Документы свидетельствуют, что большая их часть оказала сопротивление и была истреблена, оставшиеся же в живых рассеялись по степям и укрылись в предгорьях Северного Кавказа.19 В V в.н.э. они начинают переходить к оседлой жизни и с этого времени появляются многочисленные памятники их материальной культуры - поселения, развалины крепостей и некрополи. Нашествие гуннов отразилось также и на располагавшейся в Предкавказье "Стране Булгар(ов)" (‘Land of the Bulgars’) - уногундурах-булгарах. Часть из них вынуждена была переселиться на юг, в Армению. Другие песелились на запад или на юго-восток. Возможно, несколько могил близ станицы Ново-Лабинской представляют собой наиболее ранние следы, оставленные ими в землях к востоку от Азовского моря.

Хроника Захарии Ритора указывает места наиболее раннего перехода к оседлости протобулгар - равнины Северного Дагестана - область к северу от Дербентского прохода. И действительно, именно в этой части приморского Дагестана, в долине реки Сулак близ селенья Верхний Чиръюрт, был обнаружен некрополь, имеющий черты сближающие его с памятниками протобулгар. Чиръюртский некрополь (некрополь No 1) был раскопан дагестанскими учеными еще в 1957-69 годах, однако кроме предварительного доклада до сих пор ничего не опубликовано.20

70 из 101 изученной могилы представляют собой катакомбы, 30 - ямные захоронения и 3 - захоронения с нишами. Катакомбы располагаются отдельно, в северной части некрополя. В основном они являют те самые черты, которые характерны для аланских катакомб предгорий Северного Кавказа и верхнего течения Дона и Северского Донца. Иногда они содержат больше чем одно тело (в одной из катакомб их 7). Однако, есть и некоторые отличия от типичного аланского способа захоронения - преобладание северной ориентации; погребальная камера отделена от погребального коридора (дромоса) кладкой из крупных камней (иногда камнями заполнен весь дромос); материальных предметов немного, представлены преимущественно керамикой.21

Ямные захоронения и ниши расположенные в южной части Чиръюртского некрополя, по словам участников раскопок, серьезно пострадали еще до начала работ. Тела покойных лежат по одному в вытянутом положении в неглубоких узких четырехугольных ямах, в нескольких случаях ноги перекрещены (очевидно они были связаны), материальные предметы если и есть, то немногочисленные.

Возле селения Верхний Чиръюрт располагаются еще три некрополя, современных некрополю No 1. Некрополи No 2 и No 3 в основном сходны с No 1, единственная особенность - большая доля захоронений с нишами. Некрополь же No 4, где преобладают катакомбы, покрытые насыпью, выделяется относительным богатством материальных находок.

Пока что антропологами изучен только некрополь No 1. К сожалению, скелеты не были сразу же распределены по типам захоронений, и теперь неизвестно, какие из них были найдены в ямных захоронениях, а какие в катакомбах. В большинстве своем черепа брахиокранны с легкими монголоидными чертами, некоторые искусственно деформированы. Есть так же и долихокранные черепа.

Некрополь No 1 довольно надежно датируется VII-VIII вв.н.э. благодаря 3 золотым монетам времен императора Ираклия (610-641), в некрополе же No 4 найдены еще 5 золотых монет времен императоров Маврикия (582-602) и Ираклия. Большинство исследователей приписывают катакомбы аланам, а ямные могилы - булгаро-сабирским группам, расселившимся в Дагестане после нашествия гуннов22.

М.Г.Магомедов23 однако оспаривает аланское происхождение катакомбных захоронений. Во-первых, для аланов не были характерны ни стабильная северная ориентация, ни заполнение дромоса, ни одиночные захоронения. Во-вторых, найденные предметы, особенно оружие (слегка изогнутые сабли, кольчуги, составные луки), больше похожи на те, которые были в ходу у кочевого населения Центральной Азии, Сибири и Нижней Волги. Более того, антропологический тип, преобладающий в некрополе No1 не аланский. Прибегая к документальным свидетельствам VII-VIII вв.н.э., в которых говорится о присутствии в Северном Дагестане хазар (недавно прибывших туда), булгар-барсилов и сабиров, Магомедов относит последним ямные и большинство катакомбных захоронений, а богатые курганные захоронения некрополя No 4 - хазарской аристократии. Однако, наличие также и семейных катакомб, остатки золы на полу и, конечно же, долихокрания некоторых черепов указывают на аланское происхождение по крайней мере части из катакомб Чиръюртского некрополя.

Ямные захоронения преобладают также в большом некрополе Бавтугайского городища, расположенного на правом берегу реки Сулак (напротив Верхнего Чиръюрта). Это подтверждает данные письменных источников о значительном протобулгарском населении Северного Дагестана VI-VII вв. Однако пришельцы поселились в уже населенных землях. Места для погребений старого местного населения, например скальные могилы (rock tombs) , продолжали функционировать, правда, в них стали появлятся предметы иной материальной, и не только (искусственно деформированные черепа), культуры. Активные взаимоотношения между старым и пришлым наелением лучше всего просматриваются на примере археологических исследований оседлых поселений и крепостей междуречья Сулака и Терека.

Андейаульское городище находится в 2 км к северу от селения Андрей аул, Хасавюртского района, на 50 метровом обрывистом берегу реки Акташ (тюрк. белый камень) в зоне перехода от каспийского побережья к северо-восточным предгорьям Кавказа24. Городище имеет 700 м в длину и 450 м в ширину, укреплено массивным земляным валом высотой 8-10 м и 30 м шириной, и рвами глубиной 6-7 м. Почвенный слой у подножия вала был удален и заменен глиной, чтобы воспрепятствовать эрозии вала. Самая высокая, и наиболее труднодоступная часть городища имеет дополнительные укрепления и представляет собой автономную цитадель (150x60 м), предназначавшуюся, скорее всего, для высшего слоя общества. На противоположном берегу реки располагается обширное (1 км x 0,5 км) неукрепленное поселение. Пока что исследована лишь небольшая часть городища, но результаты уже говорят о многом. Культурный слой в центральной части городища имеет толщину свыше 3 м и 3 горизонта, разделенных следами пожаров, свидетельствующих о неоднократных разрушениях. Поселение возникло во II в.н.э. и прекратило свое существование в VIII в. вследствие арабо-хазарских войн.

И городище и неукрепленное поселение имели оседлое население, занимавшееся земледелием и скотоводством. Вдоль реки Акташ были также обнаружены ирригационные каналы VII-VIII вв., что говорит об интенсивном ведении с/х уже в столь раннюю эпоху. Л.Б.Гмыря25 в своем исследовании описывает 3 основных периода развития городища: 1) ранний - сарматский (I-III в.н.э.); 2) средний - гунно-сабирский (IV-VI вв.н.э.) ; 3) поздний - хазарский (VII-VIII вв.н.э.).

Найдено множество керамики, изготовленной с помощью гончарного круга, а также 20 однотипных двухъярусных керамических печей (для обжига)*, сгруппированных в трех мастерских. В этих печах удавалось достичь довольно высокой температуры, такой что стенки и своды печей покрылись глянцем (глазурью). Керамика Андрейаула и других центров междуречья Терека и Сулака описывается как ранние образцы Салтово-Маяцкого типа керамики. Наличие кузнечного производства подтверждается немалым количеством обнаруженного железного шлака. Таким образом, Андрейаульское городище было не только крепостью, но и важным производственным центром, однако, несмотря на занимаемые им внушительные площади и мощные укрепления, на его территории так и не было обнаружено ни одного большого здания. Как в цитадели, так и в самом городе жилища состоят из одной комнаты, овальной по форме, со стенами, состоящими из толстого слоя серой глины, намазанного поверх легкой деревянной рамы. Археологи подобные строения называют юртами (из-за их формы). Недостаточное знание строительных технологий выдает степное происхождение населения. Такой тип жилища характерен для степного (протобулгарского) варианта Салтово-Маяцкой культуры. Дагестанские археологи Д.М.Атаев и М.Г.Магомедов26 считают, что Андрейаулское городище можно идентифицировать как город Вабандар, который, согласно арабскому автору ибн ас-Асиру (Ибн аль-Насир), насчитывал 40 тысяч домой (семей?) и был взят арабским полководцем Джаррахом в 722 году.

* "Они (печи) состоят из двух, соединенных между собой 5 или 8 жаропроводящими каналами, камер: нижней - топочной, верхней обжигательной. Высота печей - 1,15 м, диаметр обжигательной каеры - 1,2 м." (М.Г.Магомедов Образование Хазарского каганата)

В 25 км к востоку от Андрейаула находятся руины крупнейшей крепости междуречья Терека и Сулака - Чиръюртское городище, некрополи которого описывались выше. Оно просуществовало тоже весьма долго - культурный слой свыше 3 метров. Укрепления сложены из камней и достигают 6 м в толщину и 10 м в высоту. Вместе с близлежащими Сигитминским и Бавтугайским городищами, и крепостью Исти-Су на левом берегу Сулака, они составляют мощную линию обороны, полностью перекрывающую проход в долину реки Сулак со стороны равнин каспийского побережья. Строительная технология, применявшаяся в Чиръюртском городище, намного превосходит андрейаульскую. Большая часть стен сложена из камней, скрепленных глиняным раствором, особой кавказской панцирной кладкой. Стена 6-метровой толщины состоит из двух панцирей*, пространство между которыми заполнено необработанными камнями, глиной и землей. На всем протяжении стен в поперечном направлении расположены специальные антисейсмические пояса**. Здесь же, на территории некрополя No 4, были найдены две каменные церкви, по типу похожие на ранне-христианские церкви юга Кавказа и Ближнего Востока.27

* "Наружные стороны панцирей сооружены ровными горизонтальными рядами, внутренние же отличаются ломаными очертниями, сливающимися с забутовкой. ...Устойчивость стен достигалась не только их значительной толщиной, но и специально предусмотренным их уклоном внутрь. На наиболее сохранившейся 3-метровой высоте уклон внешней стены составляет 30 см, внутренней - 25 см."

** "Необходимо отметить своеобразные камышовые слои, прослеженные в толще стен. Они достигают 3-5 см толщины и тянутся двумя горизонтальными линиями на высоте 1 и 1,8 м от основания стен на всю толщину и длину. ... Судя по структуре и протяженности, эти прокладки носили антисейсмический характер, уменьшая вертикальные и горизонтальные нагрузки на эти массивные стены, возведенные в зоне повышеной сейсмической активности..." (М.Г.Магомедов Образование Хазарского каганата)

Самым распространенным типом жилища здесь были небольшие юрты, похожие на андрейаульские. Встречаются также 2- и 3-комнатные здания на каменных фундаментах, но опять же по центру они имеют типичное для жилища кочевников место для огня. Каменные фундаменты наиболее тщательно выстроенных зданий Чирюрта, Сигитмина и Миатлина выложены особой кавказской кладкой - каменные плиты расположены под углом, "в елочку" (напоминают хвою или хребет рыбы). Эта техника кладки сохранилась до наших дней. Несколько искусно исполненных каменных крестов, найденных возле двух каменных церквей, указывают на наличие весьма умелых резчиков по камню. Чирюртское городище может быть идентифицировано как упомянутый в хронике ат-Табари город Беленджер, также известный, по турецкой копии труда ат-Табари, как Булкхар-Балкх (Bulkhar-Balkh).

В 2 км к югу от Чирюрта находится Сигитминское городище, северная оконечность которого представляет собой каменную насыпь высотой 10-15 м, на ней, в 4 м от земли, на ровной поверхности выцарапаны изображения коней и всадников, очень похожие на рисунки на каменных плитах, керамических и металлических изделия, обнаруженных во многих местах, связанных с протобулгарами, от южнорусских степей до Дунайской Болгарии.28

Сигитминские рисунки (graffiti) выполнены на вертикальной поверхности скалы, как и наскальный барельеф в Мадаре (Мадара), северо-восточная Болгария. Подобные рисунки (graffiti) также были найдены на каменных плитах крепости Дербента. Особенно стоит упомянуть рисунки на нижних плитах восточной заградительной (barrier) стены, которые полностью идентичны рисункам из Маяцкого городища, и Плиски и Преславы, и рисункам на кирпичах и черепице из Саркела и Плиски29.

***

Археологические находки указывают на то, что в V-VIII вв. в Северном Дагестане возникла самобытная культура. Она испытала сильное влияние позднесарматской культуры и заметно отличалась от культуры горного южного Дагестана. Носители этой культуры пришли из северных степей и вступили в активные отношения с местным населением. Результатом чего стали интенсификация политических и культурных контактов со государствами Закавказья, с Византией и Персией, а также замена примитивных глинобитных укреплений мощными каменными крепостями. Развитие ремесел превратило крепости в производственные центры, т.е. в города. Внутренние крепости - цитадели, свидетельствуют о социальном расслоении (стратификации) общества. Во многих аспектах эта сарматская по своей основе культура, но сходная также и с городской культурой народов Закавказья, рассматривается исследователями как одно из ранних проявлений Салтово-Маяцкой культуры. В ходе арабских военных походов первой половины VIII в. многие поселения были разрушены, а народы истреблены или угнаны в рабство. Выжившее протобулгарское и аланское население вынуждено было переселиться на запад к своим по-прежнему кочевых братьям, занимавшим донские и азовские степи, оно принесло в эти области часть своих культурных традиций. Хотя данных пока еще недостаточно, чтобы безоговорочно утверждать, что Салтово-Маяцкая культура зародилась в Северном Дагестане, и только там, но также нельзя отрицать и того, что степное население создало в этой части Дагестана сравнительно высоко развитую культуру, известную по более поздним арабским источникам как "страна Беленджер".

References:

[18] K.F. Smirnov, Op. cit., s.114;  V.P. Shilov, Op. cit., s.509.

[19] V.A. Kuznecov. Alany Severnogo Kavkaza, s.14.

[20] N.D. Putinceva, Verhnechirjyrtskij migil’nik. - Materialy po istorii Dagestana, II, Makhachkala, 1961, s.248-264.

[21] V.B. Kovalevskja, Arheologicheskie sledy prebyvanija drevnih bilgar na Severnom Kavkaze. - V: Pliska-Preslav, 2, s.43-50.

[22] V.A. Kuznecov. Alany i rannesrednevekovyj Dagestan (K postanovke voprosa). - Materialy po istorii Dagestana. Makhachkala, 1965, s.88.

[23] M.G. Magomedov. Obrazovanie Khazarskogo khaganata, M., 1983, s.87.

[24] D.M. Ataev, M.G. Magomedov. Andrejaul’skoe gorodishte. - V: Drevnosti Dagestana (Materialy po istorii Dagestana, V). Mahachkala, 1974, s.121-139.

[25] L.B. Gmyrja. Stolovaja keramika Andrejaul’skogo gorodishta (tipologija i stratigrafija) . - V: Srednevekovye drevnosti evrazijskih stepej, M., 1980, s.105, 131.

[26] D.M. Ataev, M.G. Magomedov. Op. cit., s. 138-139.

[27] M.G. Magomedov. Rannesrednovekovye cerkvi Verhnego Chirjurta. - Sovetskaja arheologija, 1979, No 3, s.186, 197.

[28] D. Ovcharov. Srednovekovni bylgarski risunki-grafiti. S., 1982.

[29] D. Ovcharov. Za haraktera i prinadlezhnostta na srednovekovnite risunki ot Basarab (Murfatlar). - Arheologia, XVII, 1975, kn.3, s.3;  A.M. Shterbak. Znako na keramike i kirpichah iz Sarkela - Beloj Vezhi. Materialy i issledovanija po istorii SSSR, 75, 1959, s.363;
S.A. Pletnjova. Risunki na stenah Majackogo gorodishta. - V: Majackoe gorodishte. Trudy sovetsko-bolgaro-vengerskoj ekspedicii. M., 1984, s.57-84

Уногундуры, Кубань, курень, аул, Великая Болгария, Фанагория.

Источники подтверждают что в конце IV - V в. часть уногундуров-булгар (vh’dur-bulgar), прежде населявших область в восточном Предкавказье известную как "страна булгар(ов)", переселилась на запад и заняла низменности по реке Кубань, северо-восточному берегу Черного моря и восточному побережью Азовского (Меотида). Авторы V-VI вв. именно там помещают уногундуров, а Прокопий и его продолжатели в середине VI в. - утигуров. В отличие от дагестанских булгар, начавших переходить к оседлому быту сравнительно рано, их соплеменники, жившие к востоку от Меотиды оставались кочевниками до VII в., и это затрудняет поиск материальных остатков, имеющих к ним отношение.

В 1947 годы был исследован некрополь возле станицы Ново-Лабинская в среднем течении реки Кубань. Могилы имели немало общих черт с захоронениями дагестанских булгар - узкие, ориентированные на север ямы, практически без сопутствующих предметов (что порождает трудности с датировкой), есть случаи искусственной деформации черепа. Нечаева1, одна из участниц исследования, относит этот нехарактерный для ранних обитателей региона могильник к тем кочевым племенам, которые в IV-V вв. проникли в эту область с востока, и позже сформировались как протобулгары Кубани.

Еще один некрополь, который, на основе антропологических данных, а также способов захоронения, можно отнести к протобулгарам, находится возле курорта деревня Бориссово, в 10 км к северу от города Геленджик. Половина из 135 местных могил представляют собой погребения тела в земле, для остальных характерна кремация, два этих типа захоронений четко разделяют общий некрополь на две разные части. Весьма характерно, что тела размещаются в камерах, сложенных из каменных плит. Северная ориентация могил преобладает, все погребения индивидуальные, в отличие от общих (коллективных) аланских захоронений. В могилах сравнительно много сопутствующих предметов - части одежды (аксессуары), керамика, иногда оружие (секиры (axes - топоры), мечи, стрелы и т.п.)

Участник раскопок В.В.Саханев2 датирует Бориссовский некрополь VI-VIII вв., хотя современные исследователи допускают, что он действовал плоть до IX в. М.И.Артамонов относит Бориссовский могильник к готам-теракситам, которые были соседями утигуров, однако, насколько известно, готы были христианами уже начиная IV-V вв., и потому языческий некрополь вряд ли может принадлежать им. На ранней стадии существования могильника преобладали простые погребения (без кремации), однако позже доля могил с кремацией заметно возросла.3

Эти простые погребения (без кремации) с примитивными камерами, сложенными из каменных плит наподобие саркофага, содержащие некоторое количество вещей покойного (амфоро-подобная керамика, пояса с украшениями) имеют много общих черт с рядом других языческих могильников уже низовьев Дуная, особенно восточной части северо-восточной Болгарии и Добруджи4. Также подобны вышеупомянутым Пашковский некрополь, близ Краснодара, и некрополь на реке Djursju, близ Новороссийска.

Как уже говорилось кочевой образ жизни протобулгар оставил немного материальных остатков, но благодаря кропотливой работе Плетневой5 у нас все же имеется некоторое представление об их жизни и общественном устройстве. Археологические исследования огромных пространств вдоль восточного и западного берегов Азовского моря и бассейна нижнего Дона показали, что самые ранние следы пребывания там протобулгар (фрагменты керамики, кости домашних животных) сосредоточены в узкой (50-300 м), но довольно протяженной полосе. Находки порою весьма разрознены, иногда на 1 км приходится 3-5 фрагментов керамики или костей. Культурный слой отсутствует, что указывает на мобильный характер стоянок кочевников, каждой весной, после миграции стад, возникавших на новом месте. 70% фрагментов керамики представляют собой амфоры, что говорит об активных контактах протобулгар с Крымом и Византией начиная с VI в. Фрагменты амфор также являют собой наилучший инструмент датировки фаз развития протобулгарского общества - от кочевой жизни до оседлой в постоянных местах проживания. Со временем некоторые из стоянок стали сезонными, а затем и постоянными поселениями. Подобное сезонное поселение (курень) было обычно довольно большим - 1,5 км x 0,2-0,3 км, в нем проживало несколько сотен семей.

Позже, начиная с VII в., размеры стоянок сокращаются, вмещая всего лишь по 20-30 семей, что отражает общественные и экономические изменения - выделение богатых семей, которые вместе со своими более бедными родичами, вышли из куреней и тем самым образовали небольшие аулы. Экономическая организация аулов, а также внешние факторы (хазарская экспансия, арабо-хазарские войны) - все это способствовло дальнейшему обнищанию значительной части протобулгарского населения. Лишившиеся скота кочевники были вынуждены искать новые способы производства - земледелие, ремесла, а также поселяться на более-менее постоянной основе. Таким образом в VIII-IX вв. некоторые из этих небольших аулов превратились в постоянные деревни. Другим фактором, способствовавшим этому процессу, стало завоевание протобулгарами еще в первой половине VI в. нескольких городских центров, таких как Фанагория и Кепи (Kepi).6 Византийские амфоры находятся повсеместно, даже на месте самых отдаленных кочевий (кочевых стоянок). Условия благоприятные для возникновения постоянных деревень появились в конце VI - начале VII в., когда азовские протобулгары, возглавляемые ханом Кубратом, сбросили иго тюркютов и создали военно-племенной союз Великая Болгария.7

Вполне вероятно, что они освоили некоторые из завоеваных ими античных центров на морском побережьи. После Второй Мировой войны советские историки, опираясь на документальные источники, и, приняв предположение выдающегося русского армениста Патканова о том, что хан Кубрат был похоронен в Фанагории, выдвинули гипотезу, что этот город на Таманском полуострове на берегу Керченского пролива был столицей Великой Болгарии8. Последующие раскопки показали, что на самом деле в конце IV в. процветавший до той поры город был разрушен гуннами. В V-VI вв. следов какого-либо населения там практически нет; Фанагория вновь возвращается к жизни во второй половине или еще точнее в конце VII в., т.е. уже после распада Великой Болгарии и завоевания восточного побережья Азовского моря хазарами. (9) В конце VII в. Фанагория была одним из важнейших адмистративных и военных центров Хазарского каганата, который к тому в 698-704 годах послужил убежищем лишенному трона византийскому императору Юстиниану II.

Тот факт, что до сих пор в Фанагории не было обнаружено ни одной существенной находки, которую можно было бы безоговорочно отнести к протобулгарам, заставил Плетневу предположить, что протобулгары не владели этим городом, а лишь использовали его как промежуточный пункт для торговых контактов с Византией и городами Крыма.

Судьбу Фанагории разделил еще один важный городской центр Таманского полуострова - Таманское городище (античная Гермонаса, средневековая Таматарха-Тьмутаракань). В тонком культурном слое V-VI вв. нет ничего протобулгарского. Лишь в VII в. начинает появляться керамика ручной работы, характерная для протобулгарских стоянок Азовского побережья и нижнего Дона, по ней можно судить о серьезном притоке протобулгарского населения в VII-VIII вв.10

Таким образом в VI-VII вв. протобулгарское населенье к востоку от Азовского моря в основном сохраняло кочевой образ жизни и примитивную материальную культуру. Контакты с культурными центрами Черноморского побережья в основном сводились к приобретению необходимых продуктов земледелия и ремесленных изделий. В прочем, не исключено и существование в этом регионе некоторых ранних поселений протобулгар, особенно вдоль Черноморского побережья. Вероятно подобным же группам принадлежит по крайней мере часть могил (без кремации) в Бориссово, на реке Джурджу, в Артугановском, Пашковском и Ясенополянском некрополях. Те из них, которые были изучены с точки зрения антропологии, оказалось содержат искусственно деформированные черепа.

Некрополи, в которых могилы ориентированы на север (в Новолабинской, Артуганово, Бориссово), сходны с протобулгарскими некрополями Северного Дагестана, что подтверждает этническое единство населения восточного и западного Предкавказья (уногундуры-булгары). В то же время, некрополи со сходным материалом и характерной искусственной деформацией черепа, но с ориентацией могил на запад (Пашковский и Ясенополянский некрополи) следует отнести к другому протобулгарскому племени, скорее всего к упомянутым в Армянской географии Купи-булгарам.

References:

[1] L.G. Nechaeva. Ob etnicheskoj prinadlezhnosti podbojnyh i katakombnyh pogrebenij sarmatskogo vremeni v Nizhnem Povolzh’e i na Severnom Kavkaze. s.158.

[2] V. Sahanev. Raskopki na Severnom Kavkaze v 1911-1912 godah. - Iizvestija Imperatorskoj arheologicheski komissii, vyp. 56, Petrograd, 1914, s.77-78.

[3] V.B. Kovalevskaja. Severokavkazkie drevnosti. - V: Stepi Evrazii (Arheologija SSSR). M., 1981, s.93.

[4] D. Il. Dimitrov. Pogrebalnijat obred pri rannobylgarskite nekropoli vyv Varnensko (VIII-IX v.) - IAI, XXXIV, 1974, s.52-92.

[5] S.A. Pletnjova. Ot kochevij k gorodam. Saltovo-Majckaja kul'tura. - Materialy i issledovanija po arheologii SSSR, 142, 1967, s. 13-15; Nomadski poselishta prez VII-IX v. v Priazovieto i basejna na reka Don. - Arheologija, VI, 1964, kn. 4, s.1-2.

[6] Procopii Caesariensis. Libri de bellis VIII, p.508.

[7] V. Zlatarski. Istorija na bylgarskata dyrzhava prez srednite vekove, S., 1970, I, 1. s.130-175.

[8] A.P Smirnov. V: Istorija SSSR s drevnejshih vremen do nashih dnej. Tom I, M., 1966, s.331.

[9] S.A. Pletnjova. Drevnie bolgary v bassejne Dona i Priazovjja. - Sb. Pliska-Preslav, 2. S., 1981, s.16.

[10] S.A. Pletnjova. Srednevekovaja keramika Tamanskogo gorodishta. - V: Keramika i steklo drevnej Tmurtarakani, M., 1963, s.10,14,63-64.

Кутригуры, Северский Донец, некрополь Зливка, Саркел.

Документальные источники указывают на то, что степные области к западу от реки Дон, вдоль северного берега Черного и Азовского морей, в VI-VII вв. населяли булгары-кутригуры. Они были родственны протобулгарам восточного Приазовья и жили в сходных социально-экономических условиях. Прокопий и Агафий сообщают, что они были кочевниками, для которых войны и грабительские набеги были основным способом добычи предметов роскоши и продуктов земледелия. Однако, начиная с середины VI в., благодаря сложившимся благоприятным условиям, они начали переходить к оседлости. Показателен в этом отношении тот факт, что после поражения, в правление императора Юстиниана, от утигуров 2000 кутригуров, ведомые Синионом, расселились во Фракии как византийские подданные1.

Из-за своего кочевого обораза жизни кутригуры не оставили заметных следов. Исследования Плетневой Таганрогского залива явили ту же картину, что и на восточном побережье Азовского моря - временные стоянки с небольшим количеством материала, сосредоточенные по низовьям степных рек.2 Некрополей, относящихся к этому периоду не обнаружено, но в более поздний период - VIII-IX вв., действовало свыше 20 некрополей, также встречаются и отдельные захоронения3.

К сожалению, данные о протобулгарских некрополях нельзя назвать полными, большинство из них представляют собой лишь краткие отчеты. Однако "классический" протобулгарский некрополь в Зливке дает представление об основных чертах этих комплексов. Этот некрополь расположен в среднем течении Северского Донца возле деревни Ильичевская. Захоронения представляют собой неглубокие (0,6-1,0 м) ямы с обычными вертикальными стенками без каких-либо признаков ниш, ступенчатых расширений или специального покрывающего верхнего слоя какого-либо рода. Покойного клали прямо на землю. Все могилы индивидуальные, длинная сторона вытянута с востока на запад (голова покойного указывает на запад). Сопутствующих предметов немного - один-два горшка и кости животных. Оружия или орудий производства нет совсем. Захороненные были брахиокранны с едва заметными монголоидными признаками4.

Эти черты характерны для большинства некрополей этого региона, в котором преобладают западная ориентация (могил), брахиокранный антропологический тип и общая бедность захоронений. Существуют, конечно, некоторые отклонения в технике захоронения, например, некоторые могилы ямного некрополя Саркела, и одно из погребений в катакомбном некрополе Дмитриевка ямы имеют круглую форму. Есть также в этих двух некрополях и отдельные случаи могил с нишами. И в отличие от преобладающей западной ориентации обычных ямных погребений, эти захоронения с нишами направлены с севера на юг (голова покойного указывает на юг). Нет стабильной ориентации могил и у поздних погребений в некрополях обнаруженных возле больших оседлых поселений, таких как Семикаракорское городище и крепость Саркел.

Еще одной особенностью является наличие примитивных саркофагов - каменных плит вдоль стенок могилы. Особенно они характерны для некрополя городища Rigin, близ города Каменск-Шахтинск в нижнем течении Северского Донца. Похожая структура захоронений характерна для протобулгарских некрополей Крыма5. Этот факт заставил некоторых исследователей предположить, что эта черта свидетельствует о миграции из Крыма в район Северского Донца и нижнего Дона6, однако с этим предположением трудно согласиться, поскольку некоторые некрополи, например некрополь Rigin, старше крымских могильников и более того - захоронения подобной структуры распространены весьма широко. В ряде случаев место каменных плит занимают деревянные доски или деревянные желобы, прикрытые сверху доской. Смысл сооружения всех этих конструкций один - закрыть покойного, изолировать его от живых. Ниши (некрополь Желтое) служат той же цели.

Идея о необходимости удержать покойного, или точнее его дух, внутри замкнутого пространства могилы, чтобы помешать ему причинять вред живым людям, реализуется по-разному: связываются ноги (некрополи Волоконовский и Дроновка), тело придавливается сверху камнями (некрополи Желтое, Дроновка), ритуальная ампутация ног (некрополь Маяцкого городища).

Данные археологии показывают, что в степных областях к северу от Черного и Азовского морей обитала этнически однородная группа. Некоторые некрополи, в прочем, являют некоторые отличия от "классического" Зливского типа захоронения, однако следует отметить, что это касается находок несколько более позднего происхождения, и по крайней мере какая-то часть из этих отличий вызвана серьезными перемещениями племенных групп протобулгар в связи с Хазарскими завоеваниями и хазаро-арабскими войнами второй половины VII в. - первой половины VIII в. Последствия этих перемещений особенно очевидны в пограничных областях различных протобулгарских групп. Некрополь такого крупного центра как Саркел демонстрирует существеннные отличия в способе захоронения, затронувшие в том числе и ориентацию могил. Там встречается как северная так и западная ориентация.7 Северная ориентация также встречается и в других местах по восточному берегу Дона (Артуганов некрополь, Семикаракорское городище, в устье реки Маныч Manuch).

Обобщая, антропологический тип и погребальная практика населения северного Причерноморья и уногундуров-булгар восточного Приазовья имеют много общих черт. Основное отличие касается ориентации могил - северная ориентация характерна для уногундуров, а западная - для протобулгар северного Причерноморья. Кроме того, искусственная деформация черепа была широко распространена среди уногундуров, но протобулгарам северного Приазовья она была практически неизвестна. Границей между этими двумя протобулгарскими группами служили Азовское море и нижнее течение Дона. Согласно же Прокопию именно Азовское море и Дон разделяли в середине VI в. кутригуров и утигуров. Таким образом данные источников подтверждаются археологией.

References:

[1] Procopii Caesariensis Libri de bellis VIII, p. 586, 637.

[2] S.A. Pletnjova. Ot kochevij k gorodam, s. 16-18;
 Nomadski poselishta prez VII-IX b. ..., s. 3-5.

[3] S.A. Pletnjova. Drevnie bolgarii v bassejne Dona i Priazov'ja, s. 9-11;
 Vostochnoevropejskie stepi vo vtoroj polovine VIII-X v. - V: Stepi Evrazii v epohu srednevekov'ja (Arheologija SSSR), s. 70-71.

[4] G.F. Debec. Paleoantropologija SSSr. - trudii instituta etnografii (novaja serija, t. IV, M., L, 1948, s. 253-256, tabl. 106 i ris. 102;
 K.N. Nadzhimov. O cherepah Zlivkinskogo mogil'nika - Kratkie Soobshtenija  Instituta Etnografii AN SSSR, viip. 24, M., 1955, s. 55.

[5] A.L. Jakobson. Rannesrednevekoviie sel'skie poselenija Jugo-Zapadnoj Tavriki. - Materialii i issledovanija po arheologii SSSR, 168, 1970, s. 133-140.

[6] S.A. Pletnjova. Drevnie bolgarii ..., s. 12.

[7] S.A. Pletnjova. Drevnie bolgarii ..., s. 10-11.

Древняя Великая Болгария.

В VI в.северный и восточный берега Азовского моря были заняты двумя большими протобулгарскими группами, жившими кочевой жизнью и сохранявшими племенной строй. Дон в своем нижнем течении служил между ними границей. Грабительские набеги, которыми они занимались с первой половины VI в., способствовали дальнейшему социальному расслоению протобулгарского общества и росту экономического и политического могущества племенной аристократии. Письмо вождя утигуров Сандилха императору Юстиниану показывает, что кочевники в это время уже пытаются перейти к оседлости, стремясь воспользоваться преимуществами оседлой жизни.1 Середина VI века, чему есть немало свидетельств, стала временем консолидации различных протобулгарских и родственных им групп, и создания более крупных образований, таких например, как конфедерации кутригуров и утигуров. Но дальше этого процесс объединения не пошел. Напротив, между этими двумя конфедерациями ведутся кровопролитные войны. Ослабленные ими, кутригуры, и частью утигуры, были в 558 году покорены аварами, а в 576 году оставшаяся часть утигуров оказалась под властью тюркютов. Иноземное иго породило освободительное движение, которое возглавил вождь уногундуров-булгар хан Кубрат. Успешный исход борьбы привел к возникновению племенного союза, известного средневековым авторам как "Великая Болгария".

Данные источников о Великой Болгарии, скудные и противоречивые, породили споры, которые продолжаются по сей день. Выдающийся болгарский историк В.Златарский, используя староболгарский "Список болгарских ханов", датировал возвышение Кубрата 584 г.2 Действительно, в начале 80-ых годов VI в. Западно-тюркский (тюркюты) каганат был раздираем жестокой внутренней войной, которая отвлекла тюркютов от Восточной Европы и способствовала развитию освободительного движения у подчиненных им народов.3 Византийцы также воспользовались этой возможностью и вернули себе крымский город Боспор, который ранее захватил Турксанф (Turcsant). Угры также сбросили с себя власть тюркютов. М.Артамонов, однако, возражает против столь ранней даты образования Великой Булгарии, указывая на то, что по окончании этой (междоусобной) войны в 593 году тюрки вновь нанесли поражение уграм и восстановили свою власть над ранее покоренными территориями (за исключением Боспора).4 Согласно Артамонову, появление Великой Болгарии наиболее вероятно в 30-ые годы VII в., когда Тюркский каганат погрузился в еще одну, куда более жестокую гражданскую войну, навсегда отрезавшую его от европейских владений. В любом случае, не позднее 635 года, когда протобулгары, находившиеся под властью аваров, также обрели свободу, Великая Болгария уже существовала и хан Кубрат был во главе ее5. Согласно "Списку болгарских ханов", Курт (т.е. Кубрат) правил 60 лет, скорее всего начиная с 580-590 годов до своей смерти в середине VII в.

Не меньше споров вызывает и территория, которую занимал союз Кубрата. Сведения о ней дошли до нас из кратких и часто запутанных хроник византийца Феофана Исповедника (конец VIII в. - начало IX), дополненные его современником патриархом Никифором и "Армянской географией" VII века. Феофан пишет:

"Необходимо упомянуть о прошлом уногундур-булгар и котрагов. В северных странах Эвксинского (Черного) моря, в так называемое Озеро Меотида впадает огромная река, именуемая Атель (Волга - тюрк.Итиль-Этель), нистекающая из Океана через землю Сарматов. Река, именуемая Танаис (Дон), что берет начало у ворот Иберийских (Дарьялское ущелье) в Кавказских горах, впадает в нее (в Волгу). Соединение рек Атель и Танаис образует реку Куфис (Кубань), которая в Понт устремляется возле Некропил (Necropiles) (современный Каринтский залив возле юго-западного берега Крыма), возле мыса названием Криопросон (морда барана). Из вышеупомянутого озера начинается море похожее на пролив, впадающее в Эвксинский Понт через землю Крымского Боспора (современный Керченский пролив). Там ловят так называемую рыбу мурзули (Murzuli) и другую похожую на нее рыбу, а вдоль восточного берега этого озера, вокруг Фанагории и живущих в ней евреев, проживают народы многие. От этого самого озера вверх по реке Куфис, где ловится булгарская рыба ксистон (xiston), расположены старая Великая Болгария и так называемые котраги, которые тоже из того же племени."6

Отчет патриарха Никифора короток: " Нам следует рассказать что-нибудь о происхождении так называемых гуннов и булгар и об их образе жизни. Вокруг озера Меотида, вдоль реки Куфис, располагается старая Великая Болгария и так называемые котраги, которые из того же племени".7

Армянская география содержит два отрывка, содержащих упоминание о местоположении Великой Болгарии. В первом из них читаем: " В Сарматии находятся Кераунские (Keraunian) и Гипийские (Hipian) горы, где берут свой исток пять рек впадающих в Меотийское море. Две реки вытекают с Кавказа - Валданис, с горы Кракс, которая (гора) начинается на Кавказе и простирается к северо-западу между Меотидой и Понтом. Другая река Псевхрос (Psevhros) - отделяет Боспор от земель небольшого города Никопс (Nikops). К северу от этого места живут народы тюрок и булгар, которые называются по местным рекам: Купи-булгар, Дучи-булгар, Огхонтор-блкар - переселенцы, и Чдар-Болкар. Эти имена неизвестны Птолемею. А сын Худбадра (Hudbadr) бежал с Лошадиных гор (Horse Mountains)."8

В следующем отрывке читаем:

"Во Фракии есть две горы и реки, одна из которых, Дунай (Danub), разветвляется на 6 рукавов и образует озеро и остров, называемый Pjuki. На этом острове живет Хаспар-кхрук (Haspar-khruk (Asparuh)), сын Хубраата, который бежал от хазар с Булгарской горы и который, уйдя от авар, поселился на том месте."9

Источники мало того что кратки, но еще и весьма запутанны. Особенно (много путаницы в ) текст(е у) Феофана, который является наиболее подробным. Недавно И.Чичуров попытался определить территорию Великой Болгарии на основе анализа текста Феофана.10 Он разделил этот текст на две части - 1) географическое описание Северного Причерноморья и Приазовья, 2) пересказ исторических фактов и описание местоположения Великой Болгарии. Чичуров доказывает, что две части неравнозначны, и только вторая, совпадающая с сообщением Никифора, имеет историческую ценность, в то время как первая часть представляет собой более позднюю и отнюдь не обязательную вставку, ошибочными географическими данными которой вполне можно пренебречь. Таким образом он приходит к выводу, что Великая Болгария находилась в землях к востоку от Азовского моря вплоть до реки Кубань.

Однако в аргументации Чичурова тоже есть слабые места. Например, не объясняется почему Феофан, заявив что расскажет о прошлом уногундуров-булгар и котрагов, начинает описывать земли, которые они населяют. И в этом рассказе он делает особый упор на реку Куфис, которая по его описанию вытекает из места где Атель и Танаис впадают друг в друга над озером Меотида и, обойдя его с севера, впадают в Черное море возле Некропил (Necropiles). Однако в своем описании побега Юстиниана II из Фанагории в Болгарию в 704 г. он вполне точно указывает, что миновав маяк Херсонеса, беглец переплыл Necropiles и устья Днепра и Днестра11. В другом же месте хронист опять помещает реку Куфис близ Necropiles. Рссказывая о холодной зиме 763 г. он отмечает, что море замерзло вдоль северного берега Понта и на сто миль от него "от Zinhia до Дуная и до рек Куфис, Днепр, Днестр, Necropiles."12 Так что, Куфис Феофана - это не Кубань, а какая-то другая река, впадающая в Черное море. Ф.Вестберг заметил, что река Южный Буг называлась древними - Хифанис Hiphanis - также как и река Кубань. Так что Вестберг поместил Великую Болгарию в пространстве между Азовским морем и рекой Днестр. С его аргументацией согласен М.Артамонов.

Попытка ограничить территорию Великой Болгарии только землями к востоку от Азовского моря встречает немало трудностей, поскольку эта местность вряд ли вместила бы (как минимум) три племенные группы: - уногундуров Батбаяна и Аспаруха, и еще котрагов. Многочисленность же протобулгар подтверждается в письме хазарского кагана Иосифа, где он пишет, что булгары гораздо значительно превосходят хазар своей численностью, что их так же же много, как песка в море. Более того, Никифор упоминает , что в 634-635 Кубрат восстал против авар и изгнал их из своей земли14. Дело в том, что авары никак не могли владеть землями к востоку от Дона и Азовского моря, поскольку ранее они принадлежали тюркютам (Западно-Тюркский каганат), а затем, в результате восстания обитавших там уногундуров, последние обрели независимость. Сообщение Никифора судя по всему касается кутигуров, населявших земли к северу от Азовского моря от Дона до Днепра, а возможно и дальше к западу. Начиная с 558 года они (кутигуры) находились под сильным политическим влиянием аваров, которое скорее всего продолжилось и после ухода в Центральную Европу основных аварских сил. Действия протобулгар Кубрата были судя по всему направлены против остатков аваров. После их поражения регион к северу от Азовского моря был присоединен к Великой Болгарии. Поскольку именно земли к северу от Азовского моря и к западу от Дона и Прокопий и Агафий описывают как страну кутригуров, отождествление котрагов с кутригурами является общепринятым. Не будем подробно останвливаться на вопросе, являются ли кутригуры частью протобулгар или это отдельное родственное им племя.

Итак, уногундуры-булгары жили к востоку от Азовского моря, а котраги - к северу и северо-востоку от него, причем последние были "того же племени" ( omofuloy). Замечания Феофана и Никифора о том, что эти племена были родственны, но не идентичны, подтверждаются данными археологии.

North Black Sea region
Карта северного побережья Черного моря.

Западная граница Великой Болгарии проходила по нижнему течению Днепра, от лимана до излучины реки. Южной границей было нижнее и среднее течение Кубани, а также горы Предкавказья. Наименее ясна северная граница, вероятно к северу и северо-западу от Азовского моря она достигала лесостепной полосы. Нет также единого мнения и по поводу восточного предела. "Армянская география", которая сохранила важнейшее упоминание об этом, говорит что сын Хубраата (Hubraat) Хаспар-Кхрук (Haspar-Khruk) бежал от хазар с Булгарских (Гипийских) (Bulgarian (Hipian)) гор. Еще Патканов установил, что составитель "Армянской географии" пользовался сведениями античного географа Птоломея. Согласно же карте Птоломея, Гипийские горы начинаются от излучины Волги и идут дальше на юг в том же направлении что и хребет Эргени (ridge Ergeni)15. Соответственно эта гряда и связанные с ней Высоты Ставрополя (Heights of Stavropol) были восточной границей Великой Болгарии.

Протобулгарская группа Аспаруха первой столкнулась с хазарской экспансией и, не устояв перед натиском, мигрировала на запад. Освободившиеся земли вошли в состав территории хазарского этноса, населявшего их вплоть до падения Хазарского каганата. Судя по письму кагана Иосифа, эта территория не доходила до реки Дон и была не так уж обширна. Следовательно владения Аспаруха располагались к востоку от нижнего Дона до хребта Эргени. Другая группа протобулгар, которой правил Батбаян, осталась в своей области и вынуждена была платить дань хазарам. Восточное расположение протобулгар Аспаруха подтверждается археологией. Погребения в некрополях к северу от Азовского моря имеют западную ориентацию, тогда как в некрополях к югу от Дуная (Добруджа и северо-восток Болгарии) преобладает северная. Та же северная ориентация обнаруживается и в Восточном Предкавказье и к востоку от Дона. Для этих же территорий, как и для Дунайской Болгарии, характерна также искусственная деформация черепа, а для земель к северу от Азовского моря - нет.

Как бы обширна ни была ее территория, сердцем Великой Болгарии были земли восточного берега Азовского моря, и нижнего и среднего течения реки Кубань. Уногундуры-булгары Черноморского побережья имели тесные контакты с Византией начиная с VI в. Иоанн Никейский (Joan Nicius) рассказывает: "Кубрат, князь гуннов и племянник Органа, был крещен будучи ребенком, и получил воспитание свое в Константинополе, сердце Христианства, и вырос при дворе императора. Он был близким другом императора Ираклия."16 Некоторые советские ученые развили эту идею вплоть до того, что якобы часть протобулгар, перейдя к оседлости, овладела переживавшим упадок античным городом Фанагория и сделала его своей столицей. Данные археологии однако не подтверждают сколь-нибудь значительного протобулгарского присутствия в Фанагории до середины VII в. По крайней мере еще до конца VII в. уногундуры-булгары жили кочевой жизнью, и их племенной союз не перерастал в государство. Поэтому вскоре после смерти хана Кубрата в середине VII в. это образование, державшеесяи на неоспоримом авторитете своего основателя, распалось. Феофан и Никифор говорят о 5 сыновьях Кубрата. Однако тщательное изучение источников приводит к выводу о том, что Великая Болгария разделась на 3 части - 2 уногундурские, возглавляемые Батбаяном и Аспарухом, и третью частью - котрагов, возглавляемую неизвестным вождем, возможно, сыном Кубрата, которого в хрониках тоже называют Котрагом.

Согласно Феофану, после смерти Кубрата его сыновья "разделились и разошлись, каждый с людьми, что были ему подвластны. А первый сын, по имени Батбаян ... остался в землях предков. ... А после того разделения ... когда они ослабели числом, явился большой народ - хазары ... и занял всю землю до самого Понта."17

Этому рассказу вряд ли стоит доверять полностью, ведь даже после разделения сыновья Кубрата не стали бы добровольно покидать свои земли. Истинные причины их миграции известны из других источников. "Армянская география" утверждает, что Аспарух бежал с Гипийских гор, гонимый хазарами. То, что переселение протобулгар было вынужденное, ясно видно из письма хазарского кагана Иосифа Хасдаю ибн Шафруту (середина X в.): " У нас записано, что когда наши отцы были малы числом, Святый да будет Он благословен - даровал им силу и власть. Они были способны вести войну за войной с народами многими которые были могущественней и многочисленней чем они. С Божьей помощью они их изгнали и заняли их страну. Землю, в которой я проживаю теперь, прежде занимали в-н-нт-р(ы) (v-n-nt-rs). Наши предки, хазары, сражались с ними. Эти v-n-nt-rs были многочисленны, также многочисленны как песок в море, но они не смогли противостоять хазарам. Они покинули страну свою и бежали, а хазары гнались за ними и настигли у реки, называемой Дуна (Дунай). И по сей день они проживают вдоль реки Дунай неподалеку от Костандина (Константинополя)."

(см.полный текст письма здесь: http://www.fordham.edu/halsall/source/khazars1.html)

Народ, бежавший от хазар - это скорее всего уногундуры-булгары Аспаруха. Название v-n-nt-r - это поздняя форма первоначального W-n-g-d-r- или W-n-g-r18. Оно соответствует армянской форме - vh'ndur (Моисей Хоренский) и oghondor ("Армянская география") - этнонима уногундуры-булгары. Также оно производит арабскую форму этнонима булгар - венендеры(Venenders) или нендеры(Nenders).19 Важно и то, что письмо кагана Иосифа не говорится ничего о завоевании земель булгар, название которых было хорошо известно составителю (булгары, как и хазары с савирами, упоминаются Иосифом среди 10 сыновей мифического предка тюрок по имени Тогарма), а только конкретно о в-н-нт-рах (v-n-nt-rs) - уногундурах. Это еще раз подтверждает, что протобулгары Аспаруха проживали в землях к востоку от Азовского моря.

Хазарская экспансия на запад на этом не закончилась. Следующий удар был направлен против уногундуров Батбаяна, которые признали верховную власть хазар и стали их данниками. К концу VII в. Таманский п-ов и часть Крыма также попала в руки хазарам.21 Не совсем ясно как далеко простиралась власть хазар в земли к северу от Азовского моря - на территорию котрагов. Воспользовавшись сообщением Феофана и Никифора о том, что Кубрат вместе со своим народом перешел Танаис, можно прийти к выводу, что по крайней мере какая-то часть этой группы, разбитой хазарами, покинула родные места, отправившись на поиск новых земель. Большинство исследователей полагают, что, бежав от хазар, протобулгары переместились на среднюю Волгу и Каму, где основали знаменитую Волжскую Болгарию. Между Большетарханским (Bolshetarkhansk) некрополем на Средней Волге и протобулгарскими некрополями среднего течения Северского Донца (Желтое, Новолимаревка) есть поразительные сходства: тело покойного ориентировано на запад, сопутствующие предметы практически идентичны, 30% могил имеют ступенчатые расширения.22

Сопротивление, которое встретили хазары в ходе своих завоеваний, находит свое отражение в материалах археологии - сокровищах левого берега Днепра. Самая большая находка была сделала в деревне Малая Перещепина Полтавской области23. В нее входят золотые и серебряные сосуды, украшения, оружие и т.п. - все это представляет собой крупнейший восточно-европейский клад эпохи раннего средневековья. Общий вес предметов из золота - 25 кг, из серебра - свыше 50 кг. Большая их часть византийского и сасанидского происхождения. Лишь некоторые, например высокие кубки без украшений и большинство поясных украшений отражают искусство местного населения.24 Судя по 18 золотым монетам с изображением императора Константа (641-668), сокровище было захоронено во второй половине VII в. Перещепинский клад свидетельствует о богатстве правителей степных варваров Восточной Европы, богатстве, полученным либо как военная добыча, либо как дань или подарки. Большинство исследователей относит Перещепинский клад протобулгарам или кутригурам25, скорее всего оно принадлежало князю протобулгар (кутригуров), который умер сражаясь с хазарами и потому не смог забрать имущество, которое он таким образом спрятал. Можно также вспомнить и о богатой добыче, доставшейся аристократии кутригуров в результате набегов на Византию, а также те подарки, которые получили князья "гуннов" от византийцев в начале VII в.26

Вопрос о происхождении перещепинского клада был не так давно снова поднят мюнхенским археологом и историком Иоахимом Вернером (Joachim Werner). Опираясь на дешифрованные венским филологом В.Шайбт'ом (W. Seibt) греческие монограммы на двух золотых кольцах из этого клада, Вернер решил, что они (эти кольца), а равно и весь клад, принадлежали хану Кубрату. Шайбт (W. Seibt) прочел эти надписи так: "Ховрату" ( ) и "Ховрату, патрикию" ( ). Вернер подчеркнул, что многие вещи были изготовлены в Византии специально для Кубрата либо по его заказу, либо в качестве персональных подарков ему от императора Ираклия, который был в дружеских с ним отношениях27. Внимательно изучив все детали, он заключил, что сокровище это было найдено в могиле основателя великой Болгарии хана Кубрата.

Proto-Bulgarians finds on middle and low Don river.  Key

Карта протобулгарских находок на среднем и нижнем Дону VII-VIII вв.


1. Malaja Pereschepina; 2. Voznesenka; 3. Glodosi; 4. Zachepilovka; 5. Makuhovka; 6. Kelegeja; 7. Jasinovo; 8. Dimovka; 9. Kovalevska; 10. Portovoe; 11. Kancirka; 12. Machuha; 13. Penkovka; 14. Stecovka; 15. Pastriskoe.

Еще одна важная находка была сделана в деревне Вознесенка, которая ныне входит в черту города Запорожье. Это могила с кремацией, расположенная на территории стоянки прямоугольной формы (81x51 м), укрепленной земляным валом. Сгоревшие останки по меньшей мере трех людей лежат вместе с сопутствующими предметами в двух ямах округлой формы, окруженных поясами из камней. Некоторые из предметов также имеют следы огня, в то время как остальные - в основном оружие и упряжь - были помещены в могилы несколько позже. 40 найденных поводьев указывают на 40 коней, принесенных в жертву. Среди найденного особенно много предметов воинской экипировки и конских украшений - более 100 пряжек и около 1500 золотых и серебряных изделий (1,2 кг золота и 1,7 кг серебра). Наиболее интересными из них являются 2 серебряных наконечника византийских военных знамен, датируемых V в., один в форме льва, другой изображает орла и змею. Похороненные скорее всего были князьями варваров, погибшими в сражении в конце VII или начале VIII в. Недавно болгарский археолог Ст.Ваклинов (St. Vaklinov) выдвинул предположение, что в Вознесенке захоронен основатель Болгарского государства хан Аспарух28. Гипотеза подтверждается рядом поздних болгарских легендарных источников29, однако серьезных археологических подтверждений не имеет.

Находки, столь крупные как перещепинская, раскрывают нам образ жизни и культуру степных обитателей среднего, и частично нижнего, течения Днепра VII - начала VIII вв. В прочем, помимо кочевников, в этом регионе проживало еще и оседлое население, также оставившее следы своей жизнедеятельности. Наиболее важным из них является центр гончарного производства в Канцирке (Kancirka), в 20 км к северу от Вознесенки30. Большая часть местной продукции несет на себе черты сходства с керамикой аланов Северного Кавказа. Таким образом этот центр был атрибутирован северо-кавказским аланам, мигрировавшим на Днепр в конце VII или в начале VIII вв. вследствие арабской экспансии. Однако анализ материальных остатков Kancirka показал, что его населяли степные народы; керамика из Канцирки (Kancirka) была обнаружена в богатых захоронениях типа перещепинского в Вознесенке и на хуторе Келегейский.

Центры производства керамики "канцирского" типа (Канцирка, Махуча) - не единственное свидетельство перехода к оседлости части кочевого населения среднего Днепра. Еще одним производственным центром является Пастырское городище на правом берегу Днепра, возможно, оно имело значение также как административный и торговый центр. Местные жилища, полуземлянки, врытые в землю на 0,5 м, были уничтожены огнем. Неестественная поза скелета, найденного среди остатков жилища, говорит о том, что поселение было разрушено руками врагов. Опасаясь нападения, многие жители зарыли самое ценное, что у них было, в землю. Извлеченные ныне на свет эти вещи позволяют произвести достаточно точную реконструкцию местной экономической жизни. Среди найденного имеются сельскохозяйственные орудия, кузнечный горн, плавильный горн, множество золотых изделий. Но больше всего найдено керамики (типа сходного с Салтовской) изготовленной на гончарном круге . Она почти полностью аналогична керамике, распространенной по обеим берегам нижнего Дуная31. Керамика ручной работы - простые горшки, имеет черты, характерные для более позднего Пражско-Пеньковского ('Prague-Penkovka') типа.

Материальная культура Пастырского городища является результатом смешения культурных традиций славян, алано-булгар и остатков древнего черняховского населения (т.е. носителей черняховской культуры, существовавшей в Восточной Европе в III-IV вв. В сферу влияния этой весьма развитой для своего времени культуры входили племена славянского, фракийского, германского, иранского и т.п. происхождения. Черняховская культура погибла в результате нашествия гуннов в IV в.). Полуземлянки, керамика ручной работы - эти черты характерны для славян, что и заставило многих советских исследователей отнести Пастырское городище славянам. Другие исследователи говорят о смешанном славяно-булгарском населении Пастырского городища. Артамонов же, опираясь на сведения источников и на наличие восточных черт в Пастырской культуре, отнес ее кутригурам - протобулгарам.32 Вопрос о том, представляет ли Пеньковская культура смешение пришедших с севера славян с остатками Черняховской культуры, или это чисто славянская культура, принадлежащая племенам славян, занявшим освободившиеся земли по среднему Днепру, активно дискутируется. Есть также мнение, что она принадлежала антам, однако не вполне ясно, были ли анты славянским племенем, ассимилировавшим остатки более древнего иранского населения, или же они были славянизированными иранцами. Деревни раннепеньковского типа с их прямоугольными жилищами показывают, что их жители были славянизированы уже в IV в. Позже, в середине VII в., произошел приток населения степного происхождения (алано-булгар), которое принесло с собой горны пастырского типа и керамику, изготовленную на круге.

Итак, начиная с VII в., времени создания Болгарского государства и формирования Салтово-Маяцкой культуры, часть протобулгар приднепровской области освоила ряд ремесел, таких как обработка металла, гончарное дело, и достигла сравнительно высокого уровня их развития. Важно также отметить, что тесные контакты славян и протобулгар в этом регионе, привели к некоторому выравниванию их материальных культур.

Все исследователи указывают, что в конце VII или, что более вероятно, в начале VIII в. крупный производственный центр на среднем Днепре - Пастырское городище - был уничтожен в ходе военной операции, несомненно связанной с экспансией хазар. Наиболее вероятная дата этого события первые десятелетия VIII в., но, конечно же, не позднее 20-ых годов VIII в., когда хазары вступили в тяжелую и продолжительную войну с арабами. Этот удар положил конец развитию Пастырской культуры. Некоторые из этих традиций продолжили существование, но в более грубой деревенской форме, а некоторые переместились далеко на запад и юго-запад.

References

[1] Procopius. Op. cit., p. 588.

[2] V.I. Zlatarski. Istorija, T. I, 1, s. 128-138.

[3] L. N. Gumilev. Drevnie tjurki. M., 1967, s. 105-134.

[4] M.I. Artamonov. Istorija hazar, s. 140-141.

[5] Nicephorus. Op. cit., p. 24.

[6] Theophanes. Op. cit., p. 356-357.

[7] Nicephorus. Op. cit., p. 33.

[8] K.P. Patkanov. Iz novogo spiska, s. 28.

[9] K.P. Patkanov. Cit. sych., s. 26.

[10] I.S. Chichurov. Ekskurs Theofana o protobolgarah. - W: Drevnejshie gosudarstva na territorii SSSR. Materialii i issledovanija. M., 1976, s. 65-80.

[11] Theophanes. Op. cit., p. 373.

[12] Ibidem. p. 434.

[13] F. Vestberg. Zapiska gotskogo toparha. - Vizantijskij vremennik, XV, 2-3, 1908, s. 241.

[14] Nicephorus. Op. cit., p. 24.

[15] K.P. Patkanov. Iz novogo spiska..., s. 23.

[16] Jean, eveque de Nikiou. Chronique. Texte etiopien publie et traduit par H. Zotenberg. Paris, 1883, p. 400.

[17] Theophanes. Op. cit., p. 358.

[18] N.K. Kokovcov. Evrejsko-hazarskaja perepiska v X veke, s. 92.

[19] Hudud al-Alem. s. 32.

[20] Theophanes. Op. cit., p. 358.

[21] Theophanes. Op. cit., p. 372-373.

[22] V.F. Gening, A.H. Halikov. Rannie bolgarii na Volge, s.8-18.

[23] A.A. Bobrinskij. Pereschepinskij klad. - Materialii po arheologii Rossii, viip. 34. SPb, 1914, s. 111-120.

[24] G.I. Marshak, K.M. Skalon. Pereschepinskij klad. L., 1972.

[25] A. Marosi, N. Fettich. Trouvailles avares de Dunapentele. - AH, XVIII, 1936, p. 59-60;
Dezco Scallany. A kultur-bolgarok (hunok) regeszeti hagyate - kanak meghatarozasa. - Archeologiai Ertesito, 90, 1, 1963, p. 36, 38.

[26] Показателен рассказ Никифора от 619 года: "Прошло какое-то время и правитель народа гуннов, вместе со своими видными мужами и носителями копий, пришел в Бизантион (Константинополь) и попросил императора (Ираклия), чтобы он крестил его. Император оказал ему сердечный прием, а ромейские архонты приняли видных мужей гуннских, а их жены - гуннских жен. Принявшие крещение получили богатые дары и титулы." (Nicephorus, Op. cit., p. 12).

[27] Joachim Werner. Der Grabfund von Malaja Perescepina und Kuvrat, Kagan der Bulgaren. - Philosophische Klasse der Bayerischen Akademie der Wissenscheften. Abhandlungen (Neue Folge), Heft 91. Muenchen, 1984, S. 38-44.

[28] St. Vaklinov. Formirane na starobylgarskata kultura, s. 35.

[29] J. Ivanov. Bogomislki knigi i legendi. S., 1970, s. 282.

[30] Slov'jani ta ih sosudi v stepovomu Podniprov'i (II-XIII st.). K., 1975, s. 118.

[31] O.M. Prihodnjuk. Arheologichi pam'jatniki Serednego Pridniprov'ja VI-IX st. n. e. K., 1980, s. 103.

[32] M.I. Artamonov. Etnicheskata prinadlezhnost i istoricheskoto znachenie na pastriskata kultura. - Arheologija, XI, 1969, kn. 3, s. 1, 7-8;
Slavjane i bolgarii v Podneprov'e. - Berichte ueber den II Internationalen Kongress fuer Slawische Archaeologie, Band I. Berlin, 1970, S. 24-29.

Протобулгары и Салтово-Маяцкая культура.

После падения Великой Болгарии у протобулгарских групп произошли существенные перемещения. Уногундуры Аспаруха вынуждены были уйти на запад. После безуспешных попыток остановить хазар, часть котрагов также мигрировала - на северо-восток1. Другие переселились в Крым ближе к византийским приморским центрам2. Тем не менее, основная часть протобулгар осталась на месте, они признали верховную власть хазар над собой и стали их данниками. Источники утверждают, что среди них был и правитель уногундуров Батбаян3.

Из-за жестоких хазаро-арабских войн VIII в. оседлое население центрального Предкавказья вынуждено было уйти на север и расселиться в лесостепной области по верхнему течению рек Дон и Северский Донц. Данные источников, подтверждаемые археологией,5 показывают насколько безжалостным было обращение арабских захватчиков с населением Кавказа, что и вызвало эту миграцию. Переселенцы скорее всего направлялись в Донские степи и лесостепи, а также на Среднюю Волгу и Каму, территорию будущей Волжской Болгарии6.

С середины VIII в. начинается интенсивный процесс перехода прежде кочевых протобулгар к оседлости, происходивший на обширных территориях бассейнов Дона и северского Донца, в Крыму и Приазовье. Плетнева дает вполне убедительное объяснение этого явления - продолжительные войны и растущие выплаты дани хазарам лишили кочевников-протобулгар их основного средства к существованию - разведения скота. В результате чего, чтобы выжить, они были вынуждены обратиться к другим занятиям - ремеслам и земледелию7. Процессу (перехода к оседлости) также способствовало и растущее социальное расслоение протобулгарского общества.  

Saltovo-Majack culture

Область Салтово-Маяцкой культуры (after M. Gimbutas, 'The Slavs', 1971)

В середине VIII в. хазарский племенной союз, с появлением постоянных поселений, развитием ремесел и земледелия, перерос в государство. За удивительно короткий период обширная область от Дагестана до Днепра и от Предкавказья до верхнего течения Дона и Донца стала свидетелем зарождения новой сравнительно единой культуры. Общепринято, что основой для Салтово-Маяцкой культуры послужила Сармато-Аланская культура Восточного и Центрального Предкавказья V-VII вв. Однако первая распространилась на территорию много превышавшую ту, что населяли аланы, и включила в себя также области, занятые протобулгарами. Вот почему ее принято считать в равной степени аланской и протобулгарской8.

Подтверждением значительного вклада протобулгар в эту культуру является тот факт, что наличие той же, или близкой ей, культуры обнаруживают два государственных образования, в которых они играли важную роль - Дунайская Болгария и Волжская Болгария. Ляпушкин выделяет на территории Хазарского каганата два варианта Салтово-Маяцкой культуры - северный (аланский) и южный (протобулгарский), Плетнева же говорит о пяти вариантах - лесостепном (северном), дагестанском, донско-донецком, крымском и азовском10. Первый она относит к аланам, второй - хазарам, а остальные три - протобулгарам. Чтобы получить более точное представление о влиянии Салтово-Маяцкой культуры на Дунайскую Болгарию, важно проанализировать эти три протобулгарских варианта - донско-донецкий, азовский и крымский.


References:

[1] Theophanes. Op. cit., p. 357: " Вскоре после его (Кубрата) смерти пять сыновей его разделились и разошлись, каждый с подвластным ему народом. А первый сын, следуя воле отца, остается на землях предков и поныне. Второй, его брат, именем Котраг, перешел Танаис (Дон) и поселился на землях, что напротив (земель) его первого брата." Находки вдоль левого берега Днепра свидетельствуют о сопротивлении котрагов-кутригуров хазарам.

[2]  I.A. Baranov. Nekotoriie itogi izuchenija tjurko-bolgarskih pamjatnikov Kriima. - Sb. Pliska-Preslav. 2, 1981, s. 57-71.

[3]  Theophanes. Op. cit., p. 358: "И после того как они (болгары) раскололись на пять частей и ослабели числом, большой народ - хазары - явился из внутренних областей Берсилии и занял всю землю до самого Понта. И первый брат - Батбаян, правитель Bulgaria prima, стал их данником и хазары получают (с них) дань и посей день"

[4]  M.I. Artamonov. Istorija khazar, s. 202-232.

[5]  V.A. Kuznecov. Alanskie plemena Severnogo Kavkaza, s. 30;
      G.E. Afanasjev. Poselenija VI-IX vv. rajona Kislovodska. - Sovetskaja arheologija, 1975, No 3, s. 60-61.

[6]  S.A. Pletnjova. Vostochno-evropejskie stepi vo vtoroj polovine VIII-X vv., s. 77.

[7]  S.A. Pletnjova. Ot kochevij k gorodam, s. 20-22.

[8]  I.I. Ljapushkin. Pamjatniki saltovo-majackoj kul'turii v bassejne Dona. - Materialii i issledovanija po arheologii SSSR, 62, 1958, s. 147;
      M.I. Artamonov. Sarkel-Belaja Vezha. - MIA, 62, 1958, s. 45-48;
       S.A. Pletnjova. Ot kochevij k gorodam, s. 188.

[9]  V.F. Gening, A.H. Halikov. Rannie bolgarii na Volge. s. 126-131;
           E.P. Kazakov. O bolgaro-saltovskom komponente v pogrebal'niih inventarijah rannej Volzhkoj Bolgarii. - V: Pliska-Preslav. II, s. 127-132.

[10]  S.A. Pletnjova. Ot kochevij k gorodam. s. 186.

 

Протобулгары к востоку от Азовского моря в VIII-IX вв.

В ходе хазарской экспансии большинство протобулгарских племен, оставшись на своих землях, подчинились хазарам. Походы арабов 20-30-ых годов VIII в. не оказали какого-либо существенного влияния на эту ситуацию. Зато на аланах центрального Предкавказья они отразились самым серьезным образом. Часть протобулгарского населения восточного Предкавказья, из междуречья Терека и Сулака, также мигрировала к своих соплеменникам на Дон и Азовское побережье. Вполне возможно, что баранджары, упоминаемые у ибн-Фадлана в 922 году как живущие среди протобулгар на Волге, были иммигрантами из Северного Дагестана, где они были известны восточным хроникам под именем беленджеры. Правда, надежных археологических доказательств, подтверждающих присутствие дагестанских протобулгар в Волжской Болгарии, до сих пор нет. Это заставляет нас сделать вывод о том, что в то время уногундуры-булгары хана Батбаяна попрежнему занимали земли к востоку от Азовского моря.

Документальные источники не указывают точного расположения уногундуров хана Батбаяна, так что они могли занимать как восточный берег Азовского моря так и нижнее течение Дона. Последнее подтверждается северной ориентацией могил в Саркеле, Семикаракорском городище и особенно в Артюганском некрополе. Могилы эти, конечно же, могут принадлежать и остаткам отступивших на запад уногундуров хана Аспаруха. Однозначного решения эта проблема не имеет, к тому же "Армянская география" упоминает и другие, хотя и менее многочисленные, группы протобулгар, проживавшие в восточном Предкавказье, но район этот на сегодняшний день еще недостаточно изучен, чтобы давать подробное описание различных местных групп протобулгар.

Основные сведения об истории протобулгар Азовского побережья было почерпнуты из ранних средневековых слоев двух городов Таманского п-ова - Фанагории и Таманского городища. В конце VII - начале VIII вв. Фанагория явно переживала свое возрождение, произошел мощный приток нового населения, улицы города подверглись перепланировке. Появились новые здания с каменными фундаментами и кирпичными или глинобитными стенами. Фундамент выкладывался новой техникой - "в елочку"1, характерной для Кавказа (например Верхнечирюртовское городище на реке Сулак). Город процветал в VIII-IX вв., став тогда важным административным и ремесленным центром. В этот период основным населением города были протобулгары, это видно по брахиокранным черепам того же типа, что и в некрополе Зливки ('Zlivki'), по типу керамики и по широкому распространению строительной кладки в "елочку". Фанагория просуществовала до IX в., когда она была сожжена и опустела, вероятно в результате нашествия печенегов.

Почти ту же картины встречаем мы и в Таманском городище2, с той разницей, что в отличие от Фанагории, оно снова вернулось к жизни и продолжило существовать и в последующие века как один из важных центров, известный под названием Матарха - Таматарха - Тмутаракань.

В научной литературе булгары Кубани часто отождествляются с Купи-булгарами "Армянской географии"3 и четко отделяются от уногундуров-булгар (Oghondor = Olhontor-Blkar), последние считаются булгарами Азовского побережья. Таким образом, Купи-булгары скорее всего проживали к югу от земель уногундуров, по нижнему и среднему течению Кубани вплоть до предгорий центрального Предкавказья. Похоже, судя по западной ориентации могил, Пашковский и Ясеновополянский некрополи принадлежат кубанским булгарам.

Нередко к им также относят и керамические котлы с внутренними выступами, часто встречающиеся среди находок центрального Предкавказья.4 Кузнецов допускал что подобные котлы, найденные в окрестностях Кисловодска, были оставлены протобулгарами, заселившими в конце VII в. эти покинутые аланами земли. Идея о проникновении протобулгар в центральное Предкавказье была разработана Й.Федоровым и Г.Федоровым, заметившими, что подобные котлы были найдены также в Карачаево-Черкесии и Кабардино-Балкарии5. Ковалевская, однако, датирует их X-ым в. и относит их к более поздним кочевникам - печенегам или половцам.6 Возможно, Ковалевская до определенной степени права, однако полное отрицание связи некоторых из подобных сосудов с протобулгарами приводит к затруднениям при объяснении того, как такие же котлы с внутренними выступами оказались не позднее конца IX в. в дунайской Болгарии - в центре гончарного производства близ деревни Топола (Topola), район Добрыч (Толбухин) (Dobrich (Tolbuhin))7. Нет никаких сомнений, что часть азовских протобулгар, бежавших от хазар, поселилась в районах центрального Кавказа, пригодных для занятия скотоводством, которые покинули их прежние жители - аланы. Как протобулгарские можно интерпретировать три ямных некрополя в Кабардино-Балкарии - близ аула Зилги, на правом берегу реки Кардан и на горе Кешене-алы (Keshene aly) близ селения Советское (Кашкатау) в долине реки Черек (Cherek )8. Могилы имеют западную и юго-западную ориентацию. В одной из могил в Кешене-алы ноги покойного, видимо, были связаны. Способ погребения и сопутствующие предметы из могил в этих некрополях - все это заметно отличается от местной северо-кавказской культуры и имеет параллели с некрополями Зливского ('Zlivka' ) типа.9

Proto-Bulgarians finds on middle and low Don river. Key

Карта протобулгарских некрополей в Восточной Европе VII-IX вв.


1. Verhnij Chirjurt; 2. Novo-Labinskaja; 3. Borisovo; 4. Pashkovskaja; 5. Djurso; 6. Jasenovaja poljana; 7. Artuganovo; 8. Sarkel; 9. Semikarakori; 10. Phanagorija; 11. Bagaevskaja; 12. Zilgi; 13. River Kardan; 14. Sovetskoe (Kashkatau); 15. Zlivki; 16. Zalimanie; 17. Shejkovka; 18. Pokrovskoe; 19. Krimskij; 20. Krivjanskij; 21. Nedvigovskij; 22. Volokonovka; 23. Jutanovka; 24. Netajlovska; 25. Dmitrievka; 26. Zholtoe; 27. Novolimarevka; 28. Dronovka; 29. Kamensk; 30. Majaki; 31. Right-bank Cimljanskoe; 32. Gukovo

Все же находки сделанные в горных долинах Кабардино-Балкарии пока еще слишком немногочисленны и недостаточны, чтобы подтвердить протобулгарское присутствие. Но в верхнем течении Кубани есть замечательный центр кубанских протобулгар - Хумаринское городище. Оно расположено на высоком правом берегу Кубани неподалеку от аула Хумара и в 11 км к северу от города Карачаевска. Эта крепость защищала подступы к Клухорскому проходу (Kluhor pass), который связывает долину Кубани с городом Сухуми на Черноморском побережьи.9 Городище занимает узкий и протяженный холм окруженный глубокими ущельями и связанный с плато узким перешейком. Стены защищали участок в 840 м длиной и 480 м шириной, т.е. около 250 декааров. В 1963 году Кузнецов опубликовал несколько рунических надписей и символов из Хумары11 и с 1974 там начались систематические раскопки.12 Раскопки выявили стену укрепления толщиной 5-6 м обходившую холм по краю, сложенную из обтесаных камней следующих размеров: 0.9 x 0.4 x 0.3 м, 0.5 x 0.35 x 0.2м и иногда 1.4 x 0.3 x 0.2 м. Наиболее крупные блоки располагались у башен и в нижней части кладки стены. Фундамента не было - стены клались прямо на выровненную поверхность земли. Внешняя сторона стен всегда выкладывалась из хорошо обтесанных каменных блоков, внутренняя же кладка состояла из камней не столь правильной формы. Обычно слои кладки чередовались: сперва шел слой камней, выложенных длинной стороной вдоль стены, затем слой камней длинной стороной поперек стены и так далее. Основным соединительным материалом была глина, известковый раствор применялся лишь для нижней части внешней лицевой стороны стены. Вдоль стены располагались 20 равноудаленных друг от друга башен, а высокая часть в восточной части крепости представляла собой цитадель.

Рядом с прямоугольной башней на юго-западном конце крепости, у ее подножия, было раскопано небольшое, но весьма любопытное здание, построенное позже самой крепости. Оно представляет собой отдельное прямоугольное помещение, 7 м длиной и 6,2 м шириной. Стены, толщиной 0,75-1,0 м, состоят из весьма тщательно обтесанных каменных блоков. В центре помещения располагалась квадратная (2,5x2,4 м) платформа, опоясанная вдойным рядом обтесанных каменных блоков. Глинобитная платформа имеет следы кострища, а здание в целом ориентировано в направлении летнего восхода солнца. Все признаки указывают на культовый характер сооружения, которое можно сопоставить с зороастрийскими святилищами, в которых алтарь с огнем занимал центральное место. Ранее описанные языческие верования населения города Варачан, столицы "Царства гуннов" прекрасно иллюстрируют религиозный синкретизм, объединивший верховное божество тюрок - Тенгри - Тангрихан'а и иранского бога солнца Куару (Куара - Kuara). Можно предположить, что поклонники Тангрихана позаимствовали у зороастрийцев план святилища, а вместе с ним и некоторые элементы их культа огня. Это же подтверждает и ряд находок из политических и религиозных центров Дунайской Болгарии. В первой ее столице - Плиске, резиденции булгарских правителей, есть такое же здание - - two entered one into another squares of ashlars13. Второе, больших размеров, здание ориентирорванное на восход, было выкопано близ Тронного дворца в Плиске. Религиозное назначение здания подтверждается тем, что с принятием христианства оно было перестроено в церковь (так называемая Дворцовая церковь)14. Подобные здания найдены и в Преславе15. Языческое святилище, имеющее такой же план, есть и в протобулгарском религиозном комплексе Мадара,  неподалеку от Даул-таша16

The sanctuary of Humarin
Для Хумаринского городища характерно большое количество рунических символов, букв и слов на стенах и зданиях. Они были сделаны не только после, но в процессе возведения крепости - граффити были обнаружены на блоках внутренней кладки стены17, некоторые символы были обнаружены даже под слоем известкового раствора. Чаще всего встречаются изображения сошки (bipods), трезубца (tridents), свастики, буквы Х и Н, а также очень характерная для протобулгарских находок на Дунае буква Y.

 

Схема Хумаринского святилища.

Еще первый исследователь, Кузнецов, указывал на то, что Хумаринские находки близки Салтово-Маяцкой культуре, которая связана с протобулгарами. Керамика не отличается от Салтово-Маяцких образцов Приазовья. Многочисленные буквы рунического алфавита и даже целые слова, а равно и специфические граффити также указывают на протобулгар. Хумаринское городище по керамическим изделиям датируется VIII-X вв.18 Раскопки выполнены в объеме недостаточном, чтобы точно определить какой из протобулгарских групп принадлежало население Хумаринского городища, к тому же нет пока и хорошо изученного некрополя. Однако остатки раннего аланского поселения (IV-VII вв.), обнаруженные под крепостью, указывают на то, что эта группа протобулгар достигла верхнего течения Кубани уже после начала хазарской экспансии VII в. и вследствие этой экспансии.

Humarin gorodishte at the upper course of Kuban river


Хумаринское городище. Башня возле ворот из отесанных каменных блоков. На заднем плане - цитадель крепости.

Хумаринское городище является очень важным примером протобулгарской культуры. Это наиболее ранний случай протобулгарского монументального сооружения исполненного в технике этого типа (клеточная - quadra type technique). Эта техника резко отличается от техники современных и более ранних местных, преимущественно аланских, крепостей центрального Предкавказья. Очевидно она была позаимствована в странах Закавказья и Ближнего Востока, где клеточная техника была широко распространена. Подобна Хумаринской и крепость Дербента, где также подтверждается (керамика, характерные рисунки коней и всадников), пусть и эпизодическое, присутствие протобулгар. Конечно, между Дербентской и Хумаринской крепостями есть отличия: клетки (quadras) кладки в Дербенте более единообразны и образуют горизонтальные ряды правильной формы, соединенные известковым раствором, к тому там имеется хороший фундамент. В Хумаре размеры клеток разнятся, ряды неровные, известковый раствор используется редко. Строители не смогли даже заложить фундамент, они просто выровняли повехность земли, даже не удалив мягкий почвенный слой. Поэтому им пришлось сделать стены очень толстыми - 5-6 м. Варварский способ строительства указывает на то, что крепость возводили недавние кочевники, прежде не имевшие подобного опыта. Такими кочевниками в то время могли быть только протобулгары.

Humarin gorodishte and the pagan sanctuary

Часть оборонительной стены Хумаринского городища и языческое святилище за ней.

Уже в конце (поза)прошлого века Ф.Миллер выдвинул гипотезу, что название одного из тюркских народов Кавказа - балкарцев - это сохранившийся древний этноним булгар(ов)19. Его аргументация была принята почти единодушно теми учеными, которые признавали вклад протобулгар в этногенезис балкарцев20 и родственных им карачаевцев, населяющих верхнее течение Кубани21, где и находится Хумара. Данные источников и археологии четко подтверждают присутствие кубанских протобулгар в долине Кубани и в современной Балкарии, где они смешались с остатками местного аланского населения и ассимилировали их22. Однако, есть и другая точка зрения: часть ученых полагает, что решающий вклад в этнический облик и развитие языка карачаевцев и балкарцев внесли половцы(куманы/кипчаки) в более позднюю эпоху.24

References:

[1] S.A. Pletjnova. Drevnie bolgarii, s. 13, 15.

[2] S.A. Pletnjova. Srednevekovaja keramika Tamanskogo gorodishta, s. 5, 66-68.

[3] K.P. Patkanov. Iz novogo spiska ..., s. 29.

[4] V.A. Kuznecov. Glinjaniie kotlii Severnogo Kavkaza. - Kratkie soobshtenijaInstituta arheologii AN SSSR, 99, 1964, s. 34, 38-39.

[5] Ja. A. Fjodorov, G.S. Fjodorov. Rannie tjurki na Severnom Kavkaze, s. 71-73.

[6] V.B. Kovalevskaja. Arheologcheskie sledii prebiivanija drevnih bolgar..., s. 50.

[7] L. Bobcheva. Glineni kotli ot rannosrednovekovnoto selishte pri s. Topola, Tolbuhinski okryg. - Izvestija na Narodnija muzej - Varna, XVI (XXXI), 1980, s. 126-130.

[8] V.A. Kuznecov. Alanskie plemena Severnogo Kavkaza, s. 80-81.

[9] E.I. Krupnov. Otchet o rabote arheologicheskoj ekspedicii 1947 g. v Kabardinskoj ASSR. - Uchen. zap. Kabardinskogo NII, IV, Nal'chik, 1948, s. 317-318.

[10] H.H. Bidzjiev, A.V. Gadlo. Raskopki Humarinskogo gorodishta v 1947 godu. - V: Arheologija i etnografija Karachaevo-Cherkessii, Cherkesk,  1979, s. 27.

[11] V.A. Kuznecov. Nadpisi Humarnskogo gorodishta. - Sovetskaja Arheologija, 1963, No 1, s. 298-305.

[12] N.H. Tatorkulov. Raskopki gorodishta Humara. - Arheologicheskie otkriitija 1977 g., M., 1978, s. 107-108.

[13] Peter Karasimeonov. Neue Ausgrabungen in der Residenz von Pliska. - Izvestija na Bylgarskija arheologicheski institut, XIV, 1940-1942, S. 162, Abb. 229, 236.

[14] St. Mihajlov. Dvorcovata cyrkva v Pliska. - Izvestija na Arheologicheskija institut, XX, s. 229-264.

[15] J. Gospodinov. Razkopki v okolnostta na Preslav. - Izvestija na Varnenskoto arheologichesko druzhestvo, VI, 1916-1918, s. 158-159;
N. Mavrodinov. Prouchvane na cyrkvata vyv "Vynkashnija grad" na Preslav. - Godishnik na Narodnija muzej - Sofija, V, 1933, s. 223-228.

[16]  D. Ovcharov. Prabylgarskite kapishta - proizhod i prednaznachenie. - Vekove, XII, 1983, kn. 2, s. 56-62.

[17] H.H. Bidzhiev, A.V. Gadlo. Opt. cit., s. 46.

[18] H.H. Bidzhiev. Humarinskoe gorodishte (VIII-X vv.). - V: Sbronik v pamet na St. Vaklinov, S., 1984, s. 122-123.

[19] V.F. Miller. Osetinskie etjydii, t. III, M., 1887, s. 60.

[20] Современные балкарцы проживают в ряде горных долин центрального Предкавказья на территории Кабардино-Балкарской республики. Численность примерно 50 000 человек.

[21] Karachais inhabit the upper cource of Kuban, the hightermost part of Caucasus next to Elbrus. According to the cencus of 1970, they number 112,711 people.

[22] E.P. Alekseeva. Nekotoriie zamechanija po voprosu proishozhdenija balkarcev i karachaevcev, s. 103-106. - V: Sb. materialii nauchnoj sessii po probleme proishozhdenija balkarskogo i karachaevskogo narodov (22-26 ijunja 1959 g.). Nal'chik, 1960.

[23] A.H. Sottaev. Proishozhdenie balkarcev i karachaevcev po danniim jaziika, s. 83, 94 - V: Cb. materialii nauchnoj sessii po probleme ..., Nal'chik, 1960.

[24] L.I. Lavrov. O nekotoriih etnograficheskih danniih po voprosu proishovdenija balkarcev i karachaevcev. s. 66-67;
T.H. Kumiikov. Etnogenezis balkarskogo i karachaevskogo narodov v istoricheskoj literature, s. 22-24. - V: Sb. Materialii nauchmoj sessii po probleme ..., Nal'chik, 1960.

Протобулгары к северу от Черного и Азовского морей в VIII-IX вв.

Продолжительные раскопки в северном Причерноморье и Приазовье показали, что VIII-IX вв. в этом регионе обитало многочисленое население, создавшее так называемую Салтово-Маяцкую культуру. Ее носителями были, по преимуществу, протобулгары и аланы1. Особенно важен тот факт, что в то время как кочевые протобулгары почти не оставили там своих следов вплоть до VIII в., уже в середине VIII в. возникает множество постоянных поселений и укрепленных мест2. Появлению и развитию Салтово-Маяцкой культуры способствовали переход аланов и протобулгар к оседлости и внутренняя стабилизация Хазарског каганата. Наибольшая концентрация Салтово-Маяцких находок обнаружена в области вдоль течения рек Дон и Северский Донец, и эти находки демонстрируют множество общих черт с культурой Дунайской Болгарии.

Общепринято, что аланы верхнего течения Дона и С.Донца были переселенцами с Северного Кавказа, которые были вынуждены покинуть родные места из-за арабской экспансии. Достигнув своих новых земель, они вскоре осели. Этот факт говорит о том, что они были оседлым народом уже до своей миграции. Похоже, что некоторые аланы-кочевники, прежде жившие той же кочевой жизнью, что и протобулгары северного Причерноморья, также перешли к оседлости. Это значительно увеличило численность оседлых аланов.

Гораздо более сложным представляется вопрос о происхождении протобулгар, занявших земли к югу от лесостепной зоны, по нижнему течению Дона и по нижнему и среднему течению С.Донца. До сих пор не существует надежных свидений о какой-либо миграции протобулгар из этого региона, вызванной хазарской экспансией, за исключением "передвижения" части котрагов. Гораздо сильнее (хазарской экспансией) было затронуто население степной зоны по левому берегу среднего и нижнего течения Днепра, как о том и свидетельствуют находки "перещепинского" типа. Недавно некоторые ученые высказали предположение о том, что протобулгарское население появилось на нижнем Дону и среднем С.Донце только в середине VIII в., после хазаро-арабских войн. Согласно этой точке зрения, огромные массы протобулгар покинули каспийские степи и предгорья Кавказа и переселились в северо-западном направлении3. Сомнений нет, походы арабов вызвали серьезные перемещения народов Северного Кавказа. Мы уже упоминали в связи с этим аланов. Вполне возможно, что степные просторы к северу от Азовского моря и Крыма приютили каких-то переселенцев из Предкавказья, но их число не могло быть большим и они были вскоре ассимилированы местным протобулгарским населением. Более того, считается, что центральное Предкавказье было занято переселенцами из восточного Предкавказья. Это должно было прекратить дальнейший приток протобулгар в земли по Дону и С.Донцу. Показательно, что некрополи с северной ориентацией могил, которые характерны для восточного берега Дона и Северного Дагестана, не появляются в землях к западу от Дона. Зато они обнаружены по левому берегу Дона - Артюганово, Саркел, Семикаракорское городище. Эти некрополи могли принадлежать выходцам из Северного Дагестана, как о том свидетельствует виноградарство (*вероятно, сорта винограда и/или технология), развивавшееся в правобережном Цымлянском городище.

Исследования Плетневой, дополненные некоторыми последующими работами, позволяют реконструировать процесс превращения бывших кочевников-протобулгар в оседлых крестьян, ремесленников и строителей, сумевших создать ряд впечатляющих памятников.

Прежде уже упоминалось, что наиболее ранние находки, связанные с протобулгарами на нижнем Дону - это обширные по площади коллективные стоянки кочевников (курени). Фрагменты крымских и византийских амфор, обнаруженные там, датируются VII или даже VI вв. Похожая картина наблюдается и в среднем течении Северского Донца. По верхним течениям его небольших притоков были найдены остатки обширных временных стоянок кочевников. Находки довольно скудные (в основном керамика ручной работы и импортные амфоры), что указывает на то, что эти стоянки посещались лишь эпизодически.4 Примерно в это же время появляется и другой тип временных стоянок - лагеря, расположенные в защищенных от холодных степных ветров речных долинах. Там находок в 2-3 раза больше и доля керамики, изготовленной с помощью круга, выше. Скорее всего эти стоянки служили зимними убежищами кочевников.

На следующем этапе освоения земель скотоводы создавали небольшие постоянные поселения вдоль среднего и верхнего течений небольших притоков. Сперва там появились небольшие временные поселения по берегам рек на террасах, неподверженных наводнениям. У них уже есть четко определяемый культурный слой, до 0,3-0,5 м толщиной, т.е. люди в них проживали уже довольно подолгу. Раскопки в Подгаевке и Новокилимаревке показали, что такие поселения состояли из 8-10 домов, выстроенных полукругом и образующих внутренний двор. Преобладает керамика, изготовленная на круге. Эти небольшие стоянки (аулы) принадлежали немногочисленным полукочевым группам, возникшим после распада племенных структур (куреней).

Временные поселения, оказавшиеся удобными для оседлой жизни, развились в постоянные. Последние значительно отличались от первых по своей топографии и структуре. В то время как временные поселения чаще всего располагались в поймах верховий речных долин, на участках, где были в изобилии пастбища, постоянные поселения располагались, как правило, на правых высоких берегах в среднем и нижнем течении рек, в местах пригодных для земледелия. В отличие от временных поселений, они имеют четко выраженный культурный слой, богатый находками. Керамика почти исключительно изготовленная на круге, среди находок попадаются также жернова, серпы, сошники (часть плуга) и т.д. Легкие съемные юрты заменили жилища круглой или округлой формы, некоторые из которых были врыты в землю на 0,4-0,5 м или даже на 1,0-1,5 м, представляя собой, таким образом, полуземлянки.

Переход к оседлости алано-булгарского населения в середине VIII в. привел также к появлению укрепленных поселений. Наиболее ранние из них располагались на речных мысах, имевших таким образом естесственную защиту, их окружали земляные валы, заключавшие в себе сравнительно большие участки - площадью 40-70 декааров. Население этих крепостей было постоянным.

Укрепленные поселения другого типа защищали каменные стены (до 5 метров толщиной), но их площадь была значительно меньше. Они также располагались на речных мысах. Часто (в 5 городищах из 12) внутренняя и наиболее труднодоступная часть - цитадель, была дополнительно защищена еще одной каменной стеной. Особенно важны для изучения Салтово-Маяцкой и древнеболгарской культур два таких городища - Маяцкое и Правобережное Цимлянское.

Правобережное Цимлянское городище (см. Map) находится в 250 км к северо-востоку от устья Дона. Крепость занимает мыс треугольной формы с крутыми склонами, связанный с основным плато очень узким перешейком.

  Scheme of tje Right-bank Cimljanskoe gorodishte

Схема правобережного Цимлянского городища (согласно Плетневой).

Каменные стены 4-метровой толщины имеют внутреннюю и внешнюю облицовки, сложенные из белых тесаных каменных блоков (размером 0.6 x 0.3 x 0.3 м), пространство между ними заполнено более мелкими камнями и галькой. Ряды тесаных камней выложенные в ширину (длинной стороной блока поперек), чередуются с рядами выложенными вдлину. Высота стен - 4 м, имелись также 5 башен - 2 из них защищали перешеек, еще две возвышались над Доном. Внутреннее пространство крепости было населено, однако там больших строений не обнаружено. Жилища представляли собой либо легкие юрты (видимо, круглые глинобитные сооружения, а не юрты в буквальном смысле), либо полуземлянки. Одна из юрт сохранилась достаточно, чтобы определить ее размеры - 6.5x5 м. Она имеет 3 помещения, интерпретируемых Плетневой как мужская и женская части, а также соединительное центральное помещение. Скорее всего это здание принадлежало местному феодалу, правителю крепости.

Подходящего строительного материала по близости не обнаружено, ближайшие каменоломни, которые могли бы его обеспечить, располагаются примерно в 100 км вверх по Дону. Белокаменная крепость на вершине холма с крутыми склонами должно быть имела внушительный вид.

Раскопки выявили множество железных орудий земледелия - серпы разных типов, легкие и тяжелые сошники (лемехи - ploughshares), косы и т.д. Весьма интересны железные серпы для винограда. Эта находка в крепости, расположенной в одном из важнейших центров разведения винограда на юге России, говорит о древнем происхождении местной традиции виноградарства.

Население покинуло крепость, бежав от какого-то врага. Часть своего имущества они закопали в землю, но так за ним и не вернулись. Современные раскопки извлекают на свет эти "сокровища" - орудия земледелия, рыболовные снасти, другие инструменты, свидетельствующие о занятиях местных обитателей. Многие предметы представляют собой части воинского снаряжения - железные наконечники стрел и копий, упряжь, стремена и т.д. Один из "кладов" состоит из части кузнечного (наковальня, щипцы, резцы, напильники), плотницкого (топоры, пилы, различные резцы) и ювелирного (небольшая наковальня, кусачки, небольшие молоточки) оборудования. Керамика типичная для Салтово-Маяцкой культуры, характерно большое количество котлов с внутренними выступами.

Крепость была построена в последней четверти VIII в. Несмотря на искусственные и естественные укрепления, враг взял ее штурмом и разрушил, не пощадив и население, в основном женщин и детей. Под обгоревшими стенами жилищ во многих местах были обнаружены скелеты. Конечная дата существования Правобережного Цимлянского городища определяется по найденым там сассанидским и арабским монетам (около 50 штук) первой четверти IX в. Исследования показали, что в это время другие поселения по близости, хотя они и не были столь защищенными, не пострадали, что исключает нападение внешнего врага. Плетнева полагает, что Правобережное Цимлянское городище разрушил правитель соседней хазарской крепости Саркел, который не мог допустить в своем регионе присутствия независимого протобулгарского правителя5. Артамонов, однако, не разделяет эту точку зрения. Он считает, что принятие хазарами иудаизма, породило затяжные междоусобные войны. Цимлянский правитель, возможно принявший сторону врагов хазар, был за это соответственно наказан. Разрушив Правобережное Цимлянское городище, хазары построили новую крепость - Саркел, которая стала их главной твердыней в этом регионе.

Часть населения после разгрома снова вернулась в Цимлянское г., однако оно уже утратило свое военное значение и превратилось в обычную рыбацкую деревню. Позже, в конце IX начале X вв. его вновь разрушили печенеги.

Не меньший интерес представляют собой и руины Маяцкого городища (см. карту), находящиеся на северной границе степной зоны с лесостепью. Это самый северный образец Салтово-Маяцкой культуры.

 

Scheme of the Majackoe gorodishte
Схема Маяцкого городища.

Руины расположены на холме высотой 80 м, представляющем собой мыс неподверженной наводнению террасы в низовье реки Тихая Сосна, в месте ее слияния с Доном. Отосительно легкий доступ к месту вызвал необходимость проведения большого объема дополнительных работ по его укреплению - перешеек мыса был перерезан рвом 6-метровой глубины и 12-13-метровой ширины. Прямоугольная крепость (100x85 м) была сложена из ровных тесаных блоков размерами 0.6 x 0.3 x 0.3 м (совпадают с размерами блоков Правобережного Цимлянского городища). Как и в двух остальных случаях стены не имеют фундамента, они выкладывались непосредственно на выровненную землю. Блоки образуют две стены пространство между которыми заполнено не столь ровными блоками и галькой. В основном толщина стен - 6 м, местами до 7 м, высота - 6,0-6,5 м. Вход, располавшийся в северо-западной стене, защищали массивные прямоугольные башни. Внутреннее укрепление, площадью 42x27 м, примыкавшее к юго-западной стене, служило резиденцией местного правителя.

The wall of the Majackoe gorodishte
Part of the built of quadras wall of the Majackoe gorodishte.

К востоку от руин крепости располагается большой катакомбный некрополь. Особенности захоронений (небольшое количество сопутствующих предметов, преобладание одиночных захоронений, некоторые особенности структуры дромоса и т.д.) позволяют соотнести их с протобулгарскими, особенно с катакомбами Верхнего Чирюрта. Еще одна их особенность - множество знаков и рисунков, вырезаных или нацарапаных на известняковых клетках (quadras) укреплений. Помимо изображений коней, ослов, оленей и др.животных; сцен сражения всадника и пешего воина и т.п., есть также немало знаков-символов - свастики, пентаграммы, кресты, а также рунические надписи. Эти рисунки, знаки и рунические надписи полностью совпадают с найденными на территории современной Болгарии, а также с обнаруженными в сокровищах Надь-Сент-Миклоша (современная Румыния). Все эти свидетельства заставили Плетневу отнести Маяцкое городище к число типичных памятников протобулгарского происхождения. Вполне правдоподобным представляется и ее предположение о том, что его могли построить переселенцы из П.Цимлянского городища, укрывшиеся на севере у дружественных им аланов после того, как их город был уничтожен хазарами.

A fragment of the inner side of the ashlar-built wall.
Majackoe gorodishte. Part of the inner side of the wall with the typical ashlar blocks.

Протобулгарское присутствие отмечается также и в Саркеле, важнейшей хазарской крепости в этом регионе. Саркел, находящийся ныне под водами Цимлянского водохранилища, был построен в 15 км на восток от Правобережного Цимлянского городища. Раскопки6 показали, что в хазарскую эпоху основным населением Саркела были протобулгары - рисунки, знаки, руны Маяцка и Саркела очень близки, им также соответствуют их аналоги на каменных клетках (quadras) и кирпичах кладки из Плиски - первой болгарской столицы. Как и в дунайской Болгарии, многие из этих знаков были выцарапаны на стенах и рукоятках керамической посуды, например амфор. Само название города Саркел ("Белый Дом/ Белая Крепость" - русское название - Белая Вежа) не подходит его краснокирпичным стенам. Артамонов весьма убедителен, когда утверждает, что Саркел, постоенный после разрушения белокаменной крепости (П.Цимлянского городища, которое вероятно и называлось "Белый Дом/ Белая Крепость") на другом берегу реки, перенял ее название.

Многочисленные руны и символические знаки на кирпичах Саркела имеют очень важное значение, учитывая скудность подобных материалов в Правобережном Цимлянском городище. К сожалению, в 1744 каменные блоки последнего были вновь пущены в ход военными и все граффити были утрачены.

Переселенцы из Северного Дагестана очевидным образом повлияли на гончарное производство в области нижнего Дона - местные печи для обжига идентичны по структуре найденным в Андрейаульском городище. Однако, наибольшее влияние на развитие протобулгарской керамики оказали традиции аланов.

Две белокаменные крепости, построенные на берегах Дона, заметно отличаются от аланских каменных укреплений, равно как и от хазарской крепости Саркел. Зато они вне всяких сомнений родственны Хумаринскому городищу на Кубани, а также ряду укреплений Дунайской Болгарии.

Уже упоминалось о том, что протобулгары верили, будто человеком при определенных условиях может овладеть злой дух. Соответственно, существовал (как это видно из похоронных обрядов) и ряд "предохранительных мер". Подобным же образом объяснялось и неестественное поведение людей, страдавших умственным расс3тройствами и эпилепсией. Для "изгнания" злого духа, помимо обычного набора заклинаний и прочих религиозно-магических процедур, существовали иные, более радикальные меры, которые применяла особая категория знахарей. Они совершали трепанацию черепа, обычно в области саггитального шва (saggital suture). Значительное число таких трепанаций, иногда по нескольку на одном черепе, обнаруживается у этой группы протобулгар, и, особенно, у волжских болгар7. Но протобулгары Северского Донца пошли дальше - в некрополе Желтое, под Ворошиловградом, были найдены 2 черепа не с символической, а с медицинской трепанацией: к черепам были присверлены серебряные пластины (the sculls were bored by a silver plate), в одном случае у пациента было кровоизлияние в мозг (haemorrhage of the brain), а другом - опухоль мозга (brain tumour).8

References:

[1]  I.I. Ljapushkin. Pamjatniki saltovo-majackoj kul'turii v bassejne r. Dona, s. 85-150.

[2]  S.A. Pletnjova. Drevnite bylgari v Iztochna Evropa, s. 33

[3]  S.A. Pletnjova. Drevnite bylgari ..., s. 12, 16.

[4]  S.A. Krasil'nikov. Vozniknovenie osedlosti u prabolgar Srednedonech'ja. - Sovetskaja Arheologija, 1981, No 4, s. 110-111.

[5]  S.A. Pletnjova, Ot kochevij k gorodam ..., s. 39. То, что население крепости было протобулгарским подтверждает и антропологический материал из сгоревших жилищ - он принадлежит брахиокраным европеоидам с легкими монголоидными признаками - черты характерные для протобулгар из некрополя Зливка (Zlivka).

[6]  M.I. Artamonov, Istorija khazar, s. 313-316;  V.V. Ginsburg. Antropologicheskij sostav naselenija Sarkela - Beloj vezhi i ego proizhozhdenie. MIA, 109, 1963, s. 260 sl.

[7]  P. Boev. Simvolichni trepanacii ot SSSR. - IIM, XI, 1965, s. 133 sl.

[8] K.I. Krasil'nikov, A.A. Ruzhenko. Pogrebenie hirurga na drevne bolgarskom mogil'nike u s. Zheltoe. - SA, 1981, No 2, s. 284-288;  G. markov, D.Il. Dimitrov. Simvolichni i lechebni trepanacii u prabylgarite. - Jubilejna nauchna sessija na VMI - Varna (XI.1981 g.). Varna, 1982, s. 199-202.

 

Протобулгары в Крыму в VIII-IX вв.

Крым и Керченский п-ов также подверглись влиянию волн переселений первой половины и середины первого тысячелетия - разрушения, сопутствовавшие нашествиям готов и гуннов, привели к тому, что небольшие города и почти все неукрепленные деревни опустели. Среди крупных городов меньше других пострадал Херсонес, сохранивший свои прежние позиции. Пантикапей (современная Керчь), столица Боспорского царства, также уцелел, сменив свое имя на Боспор. Его население и размеры существенно сократились, а культура огрубела1. Как и другие сохранившиеся приморские поселения, Боспор занялся снабжением степных народов ремесленными изделиями - керамической посудой, украшениями, другими предметами роскоши.

В VI веке новый степной народ начал расселяться по пришедшим в упадок селениям и руинам заброшенных городов. Однако процесс шел довольно медленно до середины VII в. После распада Великой Болгарии и особенно ближе к концу VII в. произошел мощный приток кочевников в равнинную часть Крыма. Процесс еще больше усилился в VIII в., когда новые поселенцы стали занимать не только равнины, но, проникнув в центральную область Тавриды, достигли северо-западного побережья п-ова2. Так, за довольно короткий период этнический характер местности претерпел значительные изменения, и появилась новая культура. Археологические исследования последних десятелетий выявили более 100 деревень и 10 некрополей и пролили свет на этно-культурные процессы в регионе3.

Большинство из этих поселений не имели укреплений, что легко объясняется политической стабильностью , установившейся на юге Восточной Европы, после укрепления власти хазар. Деревни в основном располагались у воды, в речных долинах или на морском побережье. Очевидно, их жители стремились к условиям наиболее благоприятным для земледелия и скотоводства. Другой их собенностью является то, что эти новые строители не принимали в расчет уже существовавшие постройки. Хотя обычно для строительства они избирали новые участки, но нередки и совпадения, когда новые жилища врывались в землю прямо в пределах прежних. Поселения эти имели немалую площадь - в среднем 200-250 декааров, а иногда и до 1600 декааров (Тау-Кыпчак), но это не значит, что они были многолюдными - они состояли из нескольких групп жилищ, которые (группы) отстояли друг от друга на 50-200 м. Исследователь (Баранов) указал на то, что подобное расположение характерно для ряда горных селений Кавказа и соответствует структуре патриархальной семьи, когда глава семьи занимает центральное здание, а другие члены семьи занимают соседние с ним дома меньших размеров.

Традиционная структура полуземлянок однако не могла сохраниться в крымском климате без изменений - подземную часть жилища пришлось укрепить каменной стеной. Еще одну каменную стену возводили над землей. Строители, бывшие кочевники, не имевшие достаточного опыта в возведении каменной кладки, не умели соединять стены между собой и вместо этого округляли углы. Врытая в землю часть стала не такой глубокой - не глубже 0,3-0,4 м, а позже над землей стали возводить все здания целиком.

  Proto-Bulgarian semi-dug-outs from Tau-Kipchak and Geroevka
Схемы прямоугольных полуземлянок с округлыми углами и каменной стеной из протобулгарских поселений в Тау-Кыпчаке  (1) и Героевке (2) в Крыму.

Под влиянием местных крымских традиций дома стали строить целиком из камней. Однако общая для всех строений Салтовской культуры протобулгар кладка "в елочку" сохранилась. Исследователи единодушны в том, что она получила распространение в Крыму, и на соседнем Таманском п-ове, только с приходом туда протобулгар4. Плетнева считает, что эта кладка была привнесена сюда с Кавказа, где она была известна в VI-IX в. Такое предположение вполне допустимо, если вспомнить ту волну переселения, которая поднялась в результате хазаро-арабских войн и подхватила значительную часть населения Северного Дагестана. Показательно также, что кладка "в елочку" в Крыму и на Таманском п-ове появляется примерно в одно и то же время, и сопровождается там резким ростом количества поселений протобулгарской Салтовской культуры - 82 из 109 - общего числа обнаруженных протобулгарских поселений периода между второй половиной VIII в. и IX в.

Поселения этого периода в отличие от более раннего времени нередко появляются на месте развалин прежних городов. Это повышало возможности контактов между вновь прибывшими и старым населением, сохранившим традиции античности. Культурное влияние последних возросло еще больше, когда во второй половине VIII в. на южный берег Крыма из Малой Азии переселилась значительная группа греческого населения. Полуземлянки заменили жилища, состоявшие из одной или двух комнат (иногда полностью наземные). Такие двухкамерные строения с IX в. появляются во всех более или менее важных земледельческих поселениях Крыма и Тамани - Илурат (Ilurat), Бакла (Bakla), Алексеевка, Планерское, Фанагория и т.д.

Между византийскими и салтовскими двухкамерными строениями были, конечно, и различия. У византийских жилищ между двумя комнатами имелась дверь, и в каждой из комнат было по очагу, что говорит о том, что оба помещения были жилыми. Крыша покрывалась черепицей. В салтовском варианте очаг был только в одной из комнат, которые не сообщались между собой. Таким образом, обитаемой была лишь одна из комнат, другая же служила хозяйственным целям. Пол был немного врыт в землю, а стены обмазаны глиной поверх деревянной рамы, каменный фундамент был выложен "в елочку", крыша крылась соломой. Различия между протобулгарскими и византийскими зданиями хорошо видны на примере двух протобулгарских церквей: в Планерском и в Кордон-Оба (Kordon-Oba). Церковь в Планерском сложена из кирпичей кладкой "в елочку"5. Церковь в Кордон-Оба имеет ту же конструкцию и демонстрирует неумение ее строителей производить угловое соединение стен. Эти церкви иллюстрируют рост византийского влияния (на местных протобулгар), выразившийся в том числе и в принятии частью населения христианства, и в то же время консерватизм материальной культуры (в частности в том , что касается технике строительства).

Тот же консерватизм демонстрирует и керамика, которая сохранила все основные особенности степного варианта Салтово-Маяцкой культуры. Интересное развитие претерпело производство черепиц для крыш. В VIII-IX вв.оно было сосредоточено в городах, где здания строились кладкой "в елочку". Затем, в IX-X вв его центр переместился в византийский Херсонес. На черепицах имеются различные знаки, выступающие (порой до 1 см от общего уровня поверхности) в виде рельефа. Большинство из этих знаков представляют собой греческие буквы или их комбинации. Очевидно, каждый из них указывает на определенного мастера или производственный центр. В небольших и более древних центрах такие знаки, однако, походят на рунические буквы, изображения животных или символы - деревья, кресты, pentacles6, в Херсонесе ничего подобного нет. Якобсон отмечал, что подобные рельефные знаки характерны только для северного Причерноморья и, в особенности, для Крыма. В Византии этого периода (VIII-X вв.) они не встречаются. В более раннюю эпоху (VI-VII вв.) в Крыму их тоже не было. Он (Якобсон) считает, что это не совпадение, и что традиция эта распространилась в VIII и IX вв., и именно в тех поселениях, где жизнь возобновилась благодаря притоку нового населения, обладавшего явными признаками их принадлежности к кочевой культуре. Рисунки и знаки на "клетках" (quadras) крымской каменной кладки также напоминают протобулгарские аналоги на артефактах Дона и Кубани. Все это указывает на то, что практика наносить знаки на черепицу была привнесена в Тавриду протобулгарами, расселившимися там в VIII в.

Некрополи, хотя они еще недостаточно изучены, показывают, что ямные захоронения Крыма весьма сходны с типичными протобулгарскими захоронениями Зливского ('Zlivka') типа. Преобладают европеоиды брахиокранного типа, изредка с монголоидными чертами7. Этот антропологический тип не встречается в Херсонесе, хотя он характерен для пещерных монастырей Крыма8. Собранные сведения приводят исследователей к выводу, что в VIII-IX вв протобулгары, неоднократно смешивавшиеся с остатками местного населения, были основными обитателями не только Восточного, но также и (за исключением ряда крупных городов) Южного и Юго-Западного Крыма9.

В конце IX или в начале X в. почти все протобулгарские поселения были разрушены, и оставлены своими обитателями10. Вероятнее всего это произошло в результате нашествия печенегов, разрушивших большинство поселений Салтово-Маяцкого типа11. От нашествие печенегов пострадали также пещерные монастыри, построенные в середине VIII в. (греческими) переселенцами из Малой Азии. Пострадавшее население вынуждено было бежать, кто-то нашел убежище в городах побережья, в то время как другим пришлось покинуть Крым в поисках более спокойных мест на западе, куда они принесли с собой многие черты, характерные для культуры Крыма.

References:

1.  V.F. Gajdukevich. Bosporkoe carstvo. M., 1949, s. 479

2.  I.A. Baranov. Nekotoriie itogi izuchenija tjurko-bolgarskih selisht Tavriki. - V: antichnaja drevnost' i srednie veka, viip. 10. Sverdlovski, 1973, s. 131-132.

3.  I.A. Baranov, Op. cit., s. 57

4.  A.L. Jakobson. Rannesrednovekoviie sel'skie poselenija Jugo-Zapadnoj Tavriki. - MIA, 168, 1970, s. 118-199.

5. V.P. Babenchikov. Itogi issledovanija srednevekovogo poselenija na holme Tepsen'. - V: Istoija i arheologija srednevekovogo Kriima, M., 1958, s 147.

6.  A.L. Jakobson, Op. cit., s. 156

7.  Ju.D. Benevolenskaja. Antropologicheskie materialii iz srednevekoviih mogil'nikov Jugo-Zapadnogo Kriima. - MIA, 168, s. 196 sl.

8.  G.F. Debec. Antropologicheskij sostav naselenija srednevekoviih gorodov Kriima. - MAE, XII, 1949, s. 346, 386.

9.  A.L. Jakobson. Kul'tura i etnosrannesrednovekoviih selisht Tavriki. - V: Antichnaja drevnost' i srednie veka, viip. 10. Sverdlovsk, 1973, s. 131-132.

10.  A.L. Jakobson. Rannesrednovekoviie poselenija ..., s. 500-501; A.N. Shcheglov. Rannesrednovekoviie poselenija na Tarkhankutskom poluostrove Kriima. - SA, 1970, kn. I, s. 259

11. I.I. Ljapushkin. Pamjatniki saltovo-majackoj kul'turii..., s. 148

Переселение уногундур-булгар Аспаруха из Приазовья на нижний Дунай.

Булгары Аспаруха занимали восточную часть Великой Болгарии, распавшейся после смерти отца Аспаруха хана Кубрата. Восточными соседями Аспаруха были хазары, таким образом он и его люди первыми ощутили на себе натиск хазар в середине VII в. Будучи не в силах сопротивляться, они отступили на запад.

Византийские хронисты Феофан и Никифор свидетельствуют о том, что Аспарух расселился по землям на нижнем Дунае:

"Наконец третий из них (из братьев), именем Аспарух, перейдя реки Днепр и Днестр, что к северу от Дуная, и захватив Оглос (Онглос), поселился в землях между ним и вышеупомянутыми реками, поскольку заметил он, что место это защищенное, и трудно напасть на него с любой из сторон; будучи топким с передней стороны, а с других сторон - окруженным кольцом рек, оно предлагало народу, ослабленному раделением, надежную защиту."1

Информация патриарха Никифора почти полностью повторяет Феофана2. Он называет место, где укрылись булгары Аспаруха Онглос(Оглос)3. Рассказ о последующем сражении Аспаруха с византийским императором Константином IV дает дополнительные сведения о местонахождении Онглоса:

"Император Константин, узнав, что народ безбожный и мерзкий поселился в землях за Дунаем, в Онглосе, и что они нападают на земли по Дунаю и опустошают их, так что страна им подвластная, а прежде подвластная христианам, пришла в расстройство великое, и приказал он войскам своим всем выступить во Фракию. Вооружив флот, он пошел на них сушей и морем с намереньем с ними сразиться и прочь их прогнать. Пехота двигалась боевым строем по направлению к так называемому Оглосу и Дунаю, а флоту приказано было стать на якорь неподалеку. Булгары, увидев ряды, плотные и многочисленные, пришли в отчаяние и бежали в вышеупомянутое укрепление, и приготовились к обороне. В последующие 3-4 дня никто из них не осмелился показаться, а римляне не искали сражения из-за болот. Мерзкий народ, увидев слабость римлян, приободрился и осмелел. Император, страдавший от приступа подагры, вынужден был вернуться в Мессембрию, чтобы принимать там ванны, предоставив своим полководцам начать сраженье и вовлечь их (булгар) в сраженье, если покинут они укрепления. В противном случае, держать их в осаде и следить за их вылазками. В коннице, однако, распространился слух о том, что император покинул их, и сами они побежали, никем не преследуемые. Булгары же, это увидев, атаковали, гнали их прочь и многих убили своими мечами, и ранили многих. Преследуя их, досигли они Дуная и перешли его".

В этом фрагменте особенно важным является упоминание системы укреплений Онглоса, которую византийцы не могли одолеть несмотря на свое численное превосходство. Эта информация существенно облегчает определение местоположения Онглоса, который в противном случае можно было искать где угодно - и к югу , и к северу от дельты Дуная и даже в Валахии.

Earthen fortifications along the Lower Danube (VII-VIII cc.)Карта земляных укреплений второй половины VII в. и начала VIII в.

1. Южный Бессарабский вал.

2. Северный Бессарабский вал.

3. Укрепленный лагерь в Галаце (Galac).

4. Малый земляный вал в Добрудже.

5. Укрепленный лагерь в Никуцеле (Nikucel).

6. Земляные укрепления Плиски.

Валы приморской полосы, защищающие от нападений со стороны суши:

7. в деревне Кранево.

8. в Варне (вал Аспаруха).

9. в устье реки Камчия (Kamchija).

10. в деревне Шкорпиловцы (Shkorpilovci).

11. между Бялой (Бяла - Bjala) и Обзором (Обзор - Obzor).

12. между Паниково и Присельцами (Priselci).

Исследования археологов показали, что наиболее ранний (вторая половина VII - VIII в.) тип оборонительных сооружений протобулгар в области нижнего Дуная представляет собой земляные валы и рвы. Самые первые, построенные несомненно до 680 года (года разгрома Константина) - это Южный Бессарабский вал и укрепленный лагерь в Галаце. Общая протяженность обращенного к северу Южного Бессарабского вала 126 км, а средняя ширина - 31-41 м. Его западный конец отстоит от Дуная на 35 км, а восточный - на 28 км. Дальше в непосредствееной близости от западного конца находится Галацкий укрепленный лагерь, защищающий участок между реками Прут и Сирет и окуженный их, а также дунайскими водами с трех сторон. Наиболее уязвимая, северо-западная сторона защищена валом и рвом общей протяженностью 27 км, структурой и размерами (ширина 42-43 м) этот ров очень похож на Южный Бессарабский. К югу от Дуная располагаются еще два укрепления: Малый вал в Добрудже и Никуцельский укрепленный лагерь. Малый (Южный) вал Добруджы перекрывает эту область в самой узкой части, от Дуная до г. Констанца, и это старейший из трех земляных валов Добруджи. Два остальных - Большой земляной вал и Каменный вал расположены к северу от него и обращены на север, в то время как Малый вал Добруджи обращен к югу. Никуцельский укрепленный лагерь в Северной Добрудже был защищен запутанной системой земляных укреплений,он занимал площадь примерно 48 кв.км и мог служить великолепным укрытием для многочисленного населения.

 

Dobrudzhan ramparts between Cherna voda and Konstanca

Схема валов Добруджи от Черны воды до Констанцы.

Все эти данные говорят о том, что единая система укреплений располагалась по обоим берегам Дуная. И на северном и на южном берегу были укрепленные лагеря, что затрудняет однозначное определение местонахождения Онглоса, убежища булгар Аспаруха. Чаще всего его помещают в той части Южной Бессарабии, которую окружает Южный Бессарабский вал. Другие считает, что Онглос - это Галацкий укрепленный лагерь. К.Шкорпил (K. Shkorpil)4 предположил, что первоначально, вплоть до 60-ых годов VII в., булгары Аспаруха проживали в Южной Бессарабии и построили там Южный Бессарабский вал для защиты от хазар. Позже они заняли Северную Добруджу и построили Малый вал Добруджи уже для защиты от византийцев. Эту точку зрения в дальнейшем разрабатывал Р.Рашев (R. Rashev)5, и ныне это общепринятая реконструкция. Согласно Р.Рашеву, Никуцельский укрепленный лагерь был центром территории Аспаруха, составлявшей примерно 15 000 кв.км.

Данные археологии и свидетельства письменных источников говорят о том, что булгары, которых возглавлял Аспарух, составляли довольно многочисленную группу кочевников, с крепкой военной организацией и значительным опытом военного строительства, позволившим им возвести обширную систему укреплений за относительно короткий срок.

References:

1. Theophanes Op. cit. p. 357-358.

2. Nicephorus. Op. cit., p. 34.

3. Это название встречается в двух формах: Оглос ( ) и Онглос ( ). Этимология его до сих пор обсуждается. Некоторые иследователи производят его от славянского (произносится "онг'л" = угол). Они полагают, что Онглос покрывал земли между реками Прут, Днестр и Дунай, позднее эта область называлась Буджак (Budzhak), что в переводе с турецкого означает "угол". Другие полагают, что О(н)глос происходит от тюркского agyl ( ), означающего "двор, огороженное место".

4. K. Shkorpil. Starobylgarski pametnici. - V: Dobrudzha. S., 1918, s. 226 sl.

5. R. Rashev. Zemlenata ukrepitelna sistema na Pyrvoto bylgarsko carstvo. - V: Pliska-Preslav, 2, s. 99.